Tag Archives: стандартная ситуация

Дорога к мудакам — гордыня

Сегодня я хочу поговорить о том, что заставляет нас снова и снова возвращаться к мудакам – о гордыне (не путать с гордостью, честью и достоинством). И пусть вас не пугает явная религиозная подоплека термина – он настолько всеобъмлющ, что охватывает практически все сферы нашей жизни: от самооценки до поведения в конфликтных ситуациях.

332

Самооценка

Низкая самооценка – основная причина отношений с мудаками. Даже видя, что слова мужчины часто расходятся с делом, а сами его дела далеки от благородных, мы не можем поставить в отношениях жирную точку.

При чем здесь гордыня? Это состояние души, при котором человек не знает своего места в мире, заменяя его придумкой. То мы кажемся себе всемогущими, то никчемными. Чужие слова задевают нас, мужчина может возвысить нас на пьедестал или сбросить с него – лишь потому, что мы сами не чувствуем своей ценности.

Это не значит, что нужно надевать придуманную корону. Как и считать себя ничтожеством. Достаточно всего лишь понять: каждая из нас уникальна, на своем месте и со своей целью в жизни. И что для каждой внешности и характера есть подходящий мужчина. А позволять мудакам унижать себя – значит не ценить то уникальное, что дано нам природой.

Страх одиночества

Еще одно порождение гордыни. Поскольку гордыня – состояние сознания, при котором человек считает себя способным контролировать всю жизнь. Что в принципе невозможно. Вы ведь не можете управлять погодой? Так и в жизни происходят вещи, на которые мы не можем повлиять: природные явления, смерть близких, уход любви.

Но если происходит подобное, единственное, что можем сделать в каждой ситуации – принять её. При землетрясении – выбежать из дома. При утрате близкого – оплакать его. После ухода любви – поверить в то, что в жизни будет еще много сюрпризов. Не верить в это можно лишь по одной причине – вы не можете контролировать будущее и боитесь довериться течению жизни.

Удар по эго

Очень часто смириться с потерей нам не дает наше эго. Мол, «Как он мог поступить так со МНОЙ»? Мы не допускаем даже мысли, что именно нами, нашими чувствами могут пренебречь. И снова бьемся лбом в одну и ту же стену, убеждая себя: «Нет, я всё-таки добьюсь! Он всё-таки оценит!»

И каков результат? Либо потраченное время, пролитые слезы и новые разочарования. Либо всё-таки отношения, только совсем не такие, как мечталось. Потому что мужчина может смириться, может вздохнуть и пойти на поводу… Но если этих отношениях хотел не он, то в них не будет ни страсти, ни огня, ни стараний. Оно вам нужно?

P.S. Не зная своего места в мире, не имея должной самооценки, не будучи в состоянии проститься с прошлым и довериться будущему, мы не можем отказаться от недостойных отношений и возвращаемся к ним снова и снова. И всё это – результат такой неожиданной причины, гордыни.

3 комментария

Filed under Общий поток, Полевые наблюдения

Почему нам не нравятся хорошие парни?

Выпало мне тут поразмышлять на тему: «Почему нам так часто нравятся плохие парни и так редко – хорошие?» Тем более, что вокруг каждой из нас несомненно есть один-два хороших парня, с которыми и можно бы, но тошнит. У меня самой такое было десятки раз. Но почему ведь?

bwv100224

Сначала грешила исключительно на то, что большинство из нас себя не любят и подсознательно «наказывают» отношениями с теми, кто будет не любить нас в реальности. Да, факт доказанный – так чаще всего и бывает. Но как у монеты две стороны, так и у проблемы причин должно быть больше, чем одна – самая удобная и очевидная.

И знаете что? Проанализировав знакомых «хороших парней» я поняла, что в равной степени причина и в них самих! Ведь плохиши, они искренни в своих поступках. Хочет он сделать гадость – и делает, искренне, от души. А нас всегда тянет к тем, кто поступает согласно своей сути.

А хорошие парни? Признайтесь честно: как часто вы поступали хорошо не потому, что хотели этого, а потому что так надо? Или потому, что боялись последствий? А видели людей, которые настолько потеряны в мире, что своей навязчивой «хорошестью» пытаются добиться хоть какого-либо внимания? У таких парней всегда есть для вас время и десятки вариантов досуга — так много и того и другого, что складывается впечатление, что у него в принципе нет собственных интересов.

И всех их объединяет одно – неискренность действий. А каждый раз, когда мы видим неискренность, несоответствие сути и поступков, то улавливаем её на интуитивном уровне. Такие люди отталкивают сильнее, чем откровенные негодяи.

Как ответил однажды писатель Виктор Ерофеев на вопрос: «Почему нас так привлекают образы Сталина и Гитлера? Почему на выставке портретов именно у них собирается больше всего людей?» — «А потому то все мы – суки. Просто они – суки большие, а мы суки маленькие. Но дай нам такую же власть, и большинство из нас тоже станет большими суками».

Нет, это не значит, что мы плохие и всё пропало. И добрый и злой волк до сих пор борются в каждом из нас. Это значит лишь, что по-настоящему хорошие парни не такие, как приторно-сиропные ухажеры.

Потому что доброта идет изнутри. Зачастую из некогда раненого сердца. Зачастую через опыт, прощение и шрамы. У хороших парней может быть тяжелое прошлое, татуировки, потертый байк и бар, забитый спиртным (но не потому, что он алкоголик, а потому что не отказывает себе в удовольствиях жизни, в отличие от ханжеских «хорошистов», которые бросаются из крайности в крайность, от «фу-фу, пить это плохо» до «меня никто не любит, никому я не нужен – буду пить»).

По-настоящему хорошие парни знают, ради чего живут, чего хотят, идут своим путем и действуют всегда от сердца. У них есть любимое дело и они посвящают себя ему. У них есть время на вас и желание вас увидеть, но иногда они тоже бывают заняты и с этим приходится считаться.  От них исходит спокойная уверенность, в них нет заискивания. Встретить такого – редкость, но быть рядом с ним – счастье.

Плохие тоже знают, хотят, идут и делают – лишь со знаком минус. Их можно распознать по шлейфу покалеченных судеб и держаться на расстоянии.

И лишь пресловутые «излишне хорошие парни» мечутся в дремучем лесу собственных страхов, невнятных желаний, мучая себя и других отсутствием собственной личности.

Так что, девушки, любите себя, развивайте себя, готовьтесь к настоящим отношениям. Выбирайте по-настоящему хороших парней и не терзайтесь виной, если отказываете излишне сладкому. Пусть взрослеет и ищет свой путь. Ему это нужно.

Leave a Comment

Filed under Общий поток, Полевые наблюдения

Мудаки и игра на публику

Сегодня я хочу затронуть такую милую сердцу многих мудаков тему как игра на публику. В чем они настоящие мастера, так это в умении быстро просчитать в уме: как вести себя в том или ином окружении, где можно качать права, а где лучше молчать и не высовываться, и, главное, в каких обстоятельствах получится преподнести свои отношения с женщиной (или несколькими) в максимально выгодном для них (мудаков) свете.

1_Ju7gLXsc

Публичный фактор очень важен для каждого мудака. И чем выше уровень мудизма, тем виртуознее наш герой создает необходимый ему имидж самого себя и дамы рядом. Мудаки отлично знают формулу: женщина – показатель успешности мужчины. Поэтому стараются выходить в свет с максимально видными дамами (тем, кого они считают недостаточно презентабельными, уготован другой удел – тайные свидания). Но абсолютно все, даже самые яркие девушки, становятся невольными заложницами другой формулы отношений с мудаком: «Я хороший, а она — стерва».

И вот этот образ любой мудак будет выстраивать упорнее всего и буквально держаться за него зубами. Зачем ему это надо? Давайте вспомним, что все мудаки играют в одну игру – имитацию отношений. А, не имея серьезных планов, изначально рассматривают возможность расстаться, даже если вы уже не первый год вместе. И уже сейчас заботятся о том, чтобы выглядеть при этом белым и пушистым, брошенным и несчастным, таким, которого нужно обогреть, пожалеть. Или же, в случае с друзьями, просто познакомить с другой хорошей девушкой. Или плохой – чтобы быстрее залечить душевные раны.

Как же добиться такого потрясающего эффекта? Легко! Достаточно лишь всё свободное время посвящать себе и проводить его с друзьями, выслушивать их жалобы на жизнь, помогать, казаться им незаменимым и, параллельно с этим, «забывать» уделять внимание девушке. Особенно действенно работает, если вы живете вместе.

И вот разъяренная женщина, чахнущая дома, аки Кощей над златом, над тарелкой ужина любимому, смотрит на часы и понимает: что-то здесь не так. Звонит ему, кипя от праведного гнева, и слышит в трубке ласковое: «Да, зайка? Еще с ребятами, но мы уже скоро». Признайтесь честно, сколькие из вас сохранили бы самообладание в этот момент? К сожалению, в большинстве своем мы поступаем совершенно наоборот: возмущаемся, ругаемся и даже плачем – просто по телефону.

thumb-article-419x315-8e9c

Что же видят друзья нашего мудака? Как ни в чем неповинного парня, хорошего друга и «своего в доску» распинает его истеричка. И действительно, разве может быть виноватым человек, посвятивший вечер своим друзьям? Разве это преступление? Ах, забыл предупредить, что задержится на 5 часов? Ну… бывает.

И вот мудак приводит женщину в компанию тех же друзей. И здесь ей бы взять себя в руки и создать совершенно другой, привлекательный образ, но не тут-то было. Разве зря любимый столько времени готовил её морально? И женщина уже просто не в состоянии быть веселой, расслабленной и счастливой. Она напряженно ждет: в какой момент он снова предпочтет её друзьям? И сколько времени придется терпеть компанию из многих, в то время как ей хочется всего лишь оказаться наедине с ним одним – по общению с которым она так изголодалась.

Но апофеоз создания образа героя в глазах других наступает для мудака именно сейчас! Он вдруг оказывается очень внимательным, чутким, щедрым, веселым, готовым выполнить любой каприз своей женщины – настоящим джентльменом. Жаль только, что лишь на публике… И, когда её не станет, всё вернется на свои места. И вместо щедрости, чуткости и внимания женщина получит привычный шиш.

Leave a Comment

Filed under Общий поток

Мудаки и тонкость формулировок

Данный пост я рекомендую очень внимательно почитать девушкам, склонным дважды входить в одну реку, верить в договорные отношения с мужчинами и считать женскую инициативу нормой в отношениях.

Есть среди моих знакомых один обаятельный мудак. Иногда по вечерам мы пьем вместе чай и разговариваем о высоком. Иногда о теории струн, иногда о вечном противостоянии «Система vs Человек», иногда об отношениях. Вернее, о его взаимоотношениях с девушками. Спорить нам смысла нет – все равно каждый останется при своем. Но польза от него несомненная: парень неустанно подбрасывает мне новую и новую пищу для размышлений.

Итак, почти месяц назад он расстался с девушкой. Как всякий истинный мудак, подготовив предварительно запасной аэродром и даже думать забыв о предыдущей пассии. Но дело даже не в этом. А в том, что эта самая девушка неделю назад ему написала. Потом позвонила. В общем – возобновили общение. Еще несколько дней спустя она сама, по его словам «попросила» возобновить отношения. Правда, в этот раз перенести их из разряда «для секса» в полноценные.

Вдумайтесь только: Она! Сама! попросила! А что он? Ответил уклончиво и пересказал мне с улыбкой: «Я не против». Да, в такие моменты мне хочется проломить ему череп кое-чем тяжелым и спасти от граблей не один десяток девушек, но у них должен быть свой выбор. То есть, мужчина не «За!», не «Я сделаю ради этого всё», а всего лишь «Не против». К тому же не уточнил, что не против этого конкретно с ней.

Едем дальше. Еще несколько дней спустя девушка позвонила ему и сказала, что безумно хочет секса. Парень находился на другом конце города, общаясь с другом, на улице почти ночь, тратиться на такси не хочется, а ехать общественным транспортом долго. Прикинув все эти факты, он также уклончиво ответил: «Дорогая, сегодня негде». На что получил отчаянное: «Да всё равно где! Хоть в подъезде. Но я очень хочу!» Поехал ли он? Нет.

А теперь самое интересное: как комментирует сам молодой человек поведение девушки? Цитирую: «Похоже, предыдущего урока ей оказалось недостаточно. Сначала её, вроде бы жизнь и стукнула по голове, но как-то недостаточно, раз она решила повторить». И самое главное, на вопрос: «Как изменились ваши отношения теперь, когда они официально серьезные?», ответ был потрясающим: «А мы теперь просто не видимся».

Ну что, девушки, вы еще хотите проявлять подобную инициативу? Просить об отношениях? Очень надеюсь, что нет. Хотя, ваше право. Просто знайте: ваше поведение потом могут (и будут) точно также с улыбкой обсуждать на кухне. И, возможно, в куда более резких выражениях.

Leave a Comment

Filed under Общий поток, Полевые наблюдения

О мудаках и чувстве вины

«То, что только любящий сочтет своей виной».

Важнейшее отличие мудака от нормального человека – паталогическая неспособность искренне признать свою вину. Он может сделать что угодно – подставить, унизить,  обмануть, предать и никогда при этом не почувствует и признает себя виноватым. А всё потому, что этой способностью обладают только те, кто способен поставить себя на место другого, допустить, что у него тоже есть чувства, эмоции, переживания… Черта, которой мудаки начисто лишены.

Эта неспособность доходит до такого абсурда, что впору выпускать брошюру: «Сама виновата», «Ты знала, на что идешь», «ты сама ко мне пришла», «поговорим, когда у тебя кончится ПМС», «это ты меня вынудила» и другие излюбленные фразы мудаков. Не так давно один знакомый, рассказывая мне о своем расставании с очередной девушкой, выдал: «Нет, ну а чего она ожидала? Раз согласилась на такие отношения?»

42362

При этом мудаки великолепно манипулируют чувством вины других. Они способны обвинить других в своих неудачах, плохом настроении, любых, даже самых пустяковых, неурядицах. Он может прийти домой, злой, потому что на него косо посмотрели в транспорте и выплеснет гнев на своих домашних, тех, кто больше других беззащитен перед ним. И в то же время мудак никогда не обвинит себя, пусть даже в реальных трагедиях.

Однажды я влюбилась в мудака. Чувствовала его настолько глубоко, что могла предугадать, хорошее или плохое у него сегодня настроение, даже не общаясь на прямую. Эта способность сыграла злую шутку: именно в то время, когда он (как я потом узнала) занимался сексом с другой, со мной случился сердечный приступ. Когда я сообщила ему об этом, услышала в ответ: «Ой, ну ты даешь… Не надо принимать всё так близко к сердцу».

Даже отставив эмоции на тему: «Как он мог так поступить со МНОЙ», перед глазами голые факты: человек едва не умер, переживая из-за тебя, потому что ты не удосужился быть с ним честным, а ты говоришь, что он сам в этом виноват! Напоминает одного упрямого подростка, который поскандалил с мамой и ушел гулять в ночь, не отвечая ни на её звонки, ни на звонки сестры и дедушки, а когда вернулся, оказалось, что мать умерла от инфаркта, переживая за своего глупого отпрыска. А ведь если бы он удосужился ответить хотя бы на один звонок, возможно, была бы жива.

1325

К сожалению, вернуть ощущение реальности мудаку может только подобное сильное потрясение. А лучше не одно, а несколько, каскадом следующих один за другим. Данный аспект отлично показан в мини-сериале «Возвращение домой». Герой, всю жизнь прожив мудаком, возвращается в родной город, где узнает, что из-за его юношеской глупости покончила с собой ни в чем неповинная девушка, еще один человек попал в тюрьму, а по-соседству сиротой подрастает его несовершеннолетний сын.

Вы скажете: «Это кино»? А я скажу что множество киноисторий взяты из жизни. И главный вопрос: стоит ли перерождение одного мудака в нормального человека искалеченных судеб нескольких людей? Или лучше просто распознавать их вовремя и не подпускать к своим судьбам, дабы они их по скудоумию и нехватке души не искалечили?

 

Leave a Comment

Filed under Общий поток

Когда конец понятен сразу

Очень часто конец предопределен еще вначале. Это хорошо известно всем, кто имеет дело с индустрией кино, разбирается в литературе или в театральном исскустве . Нередко по первым кадрам фильма, страницам книги или сценария можно предугадать его конец. В реальной жизни то же самое применимо и к отношениям.

Недавно один мой знакомый расстался с девушкой. Данная процедура происходит у него регулярно и даже имеются давно выработанные паттерны поведения, дабы она происходила быстро и безболезненно. Конкретно с парнем всё ясно, он – опытный мудак-коллекционер, у которого большинство рассказов начинается словами: «Была у меня девушка…». А вот девушку слегка жаль. Тем более, что официальным поводом к расставанию послужила её фраза: «Наши отношения не развиваются».

Dealing

Как водится, начинать стоит сначала. Их начало произошло как-то случайно. Она написала ему, дабы спросить номер телефона другого парня, а он через полчаса шуток, препираний и эротических намеков убедил её, что тот, другой, ей вовсе не нужен. Пусть лучше встречается с ним, единственным и неповторимым. И сразу же, как бы в шутку, обозначил рамки: она будет ублажать его в постели, а он – водить её в кино, на суши и т.д. Девушка согласилась.

По большому счету, на этом можно было и закончить. Через несколько недель ей уже стало мало легкого, необременительного общения, и она возжелала развития отношений. Но в планы молодого человека это изначально не входило. Конец.

Или другой знакомый, заводящий новые отношения, не успев окончить предыдущие, и руководствуясь при этом одной и той же схемой: ужин в ресторане – ночь у него дома – поселение у него дома. И вот с последнего этапа счет продолжительности отношений идет на дни. Обычно, как только это происходит, девушка либо пытается что-то в его доме изменить (мебель подвинуть, шторы перевесить), либо решает, что может больше не работать, ибо мужчина обеспечит, либо начинает качать права.

И в этот момент мужчина с ней прощается. Мол, а что это она о себе возомнила? В его понимании, поселение в доме – еще не повод считать себя его хозяйкой, а отношения – серьезными. Ну а как иначе? Или вы считаете: если он так легко может у себя поселить, то выселить обратно будет сложно?

Мне часто говорят, мол, какую бы ситуацию ни создавал мужчина, умная женщина всегда может перевернуть её в свою пользу. Согласна. Но только при условии, что женщина знает, как обычно ведут себя в аналогичной ситуации другие девушки его окружения, и поступает наоборот. Не ведется на «кино/суши/кафе», не едет в дорогой ресторан, не соглашается переехать в дом, вместо поездки на курорт за его счет выбирает посетить семинар по повышению квалификации и т.д. А на подобное способны очень немногие.

net

Если представить первое общение, задающее тон всему остальному, на моей памяти самые лучшие, крепкие, настоящие отношения зарождаются в пяти случаях:

1)      И самый главный: взаимная симпатия. Он остается вне конкуренции, не требует уточнений, дополнительных страстей и препятствий. Люди посмотрели друг на друга и поняли – им быть вместе. Всё просто.

2)      Она поставила его на место. Одним из таких примеров могут послужить отношения родителей моей подруги. Когда мать была еще студенткой, отец – уже известный в городе архитектор – зашел в их студенческую столовую перекусить. И, по привычке, решил пройти без очереди, отпихнув бойкую и острую на язык девушку. Та возмутилась, отчитала его, а архитектор решил – это именно то, что ему нужно. Так и живут вместе уже лет 30.

3)      Она бросила ему вызов. Я ни в коем случае не говорю о феминистическом: «А давай посмотрим, кто кого сделает!» Скорее, об исконно женском: «Вы, конечно, удалец, но почему я должна обращать на вас внимание?», выраженном в абсолютно спокойной реакции на любые его действия. Обычно, после нескольких (десятков) бесплодных попыток, они приходят с прямой речью: «Чего же тебе нужно?!» И этот вопрос сродни капитуляции. Из данного случая органично выплывает следующий:

4)      Она поставила его на колени. Нередко, чтобы мужчина влюбился, его нужно, образно говоря, поставить на колени. Вернее, быть такой, перед которой он сам захочет преклонить колени. Не зря образ недоступной дамы сердца, гордой королевы и других венценосных особ до сих пор так активно используется в качестве эталонных примеров.

А если вам кажется, что подобное уже не встречается, просто вспомните: в вашем окружении есть женщины, при появлении которых мужчины вдруг перестают материться и стараются вести себя как можно галантнее? Которая ведет себя спокойно и кротко, но которую при этом внимательно слушают и с готовностью выполняют её просьбы. А сами вы – такая женщина?

5)      Она нуждалась в помощи. И здесь важна даже не её просьба, а его личное восприятие. Вы замечали, что часто мужчины почему-то решают, что некой женщине просто необходима их помощь, хотя сама она об этот вовсе и не просила? Лично я вижу подобные случаи постоянно.

DpKOpLD9r7w

Всё дело в том, что мужчины, на самом деле, очень романтичны. Увидев прекрасную девушку с грустным лицом, им ничего не стоит придумать её тонны неприятностей и героически броситься её от них спасать. Конечно, если девушка понравилась.

Конечно, хорошее начало – еще не гарантия счастливого конца. Но здесь, как в беге, без хорошего старта, рассчитывать на качественный финиш практически не приходится, несмотря на приложенные усилия. Особенно, когда другие жаждущие любви и счастья, дышат в спину.

А вы умеете отличать хорошее начало от бесперспективного?

Leave a Comment

Filed under Общий поток, Полевые наблюдения

Когда терпеть нельзя

В предыдущих статьях я писала о великой силе терпения и о том, почему оно необходимо. А сегодня хочу рассказать о том, в каких случаях терпеть нельзя. Если быть точнее, такой случай один – когда кто-то попирает чувство вашего достоинства – унижает или требует стать тем, кем вы не являетесь.

В любом из таких случаев никогда не терпите до последнего. Сколь бы  очевидными ни были аналогии с тюбиком зубной пасты, соли в солонке или банки с кетчупом, когда сначала не можешь добиться ни капли, а потом выплескивается слишком много, но с человеческой душой происходит то же самое.

sool-soolatoos-soolatops-65938348

Обычно люди делятся на два типа: тех, кто реагирует на дискомфорт сразу и тех, кто будет терпеть либо пока не сорвутся, либо пока не смирятся и не примут как неизбежное (Знаете, что происходит с такими женщинами? Они угасают. Да-да, сутулые плечи, потухший взор – это именно о них). Есть еще третий тип – его представители будут мириться со всем, изображая вселенскую покорность, а в один роковой день возьмут автомат и пойдут стрелять всех подряд. Женщин первого типа часто называют стервами, второго – истеричками (кстати, вы замечали, что настоящие стервы никогда не бывают истеричками?) Третий тип – клиника, о нем даже говорить не хочется.

Помните классический анекдот на тему: «Почему женятся всегда зайчики, котики, рыбки, а разводятся козлы, сволочи и подонки»? А всё по той же причине: в отношениях люди почему-то часто путают необходимые компромиссы и уступки друг другу с игнорированием собственных чувств и потребностей в угоду партнеру. Веками в песнях, книгах, фильмах воспета женщина терпеливая, всепрощающая, ласковая и верная. И она действительно достойна восхищения. Но все эти положительные черты действительно чего-то стоят, если платой за них не станет поломанная жизнь.

У одного моего знакомого (редкостный мудак) была девушка, с которой они встречались года полтора. И всегда повторялось одно и то же: она терпела все его выходки, любое, самое ужасное поведение, но ровно раз в полгода устраивала ему личный Армагеддон. В один из таких дней они и разошлись. Больше того: чаша терпения девушки переполнилась настолько, что она обрезала все контакты с молодым человеком. И если раньше они виделись каждый день, с того момента она не дала ему ни шанса на встречу на протяжении целого года. И такой случай далеко не единичен.

521

Любовь множится, когда над ней трудятся оба партнера. Но если один пускает всё на самотек и палец о палец не ударит, а второй максимально пытается «спасти любовь», то лишь обрекает себя на страдания. Он пытается сдержать их, не показывать партнеру, дабы «не портить отношения» и, в итоге начинает ненавидеть второго за «свои убитые мечты и украденные годы».

Говорят, от любви до ненависти один шаг. И часто это шаг через пропасть излишнего терпения. Замариновання им любовь превращается в ненависть. И чем дольше наступаешь себе на горло, молчишь, миришься с тем, с чем мириться нельзя, и принимаешь унижения, тем глубже и яростнее ненависть в будущем. И питать её будет острое чувство попранного достоинства, требующее отмщения.

Чтобы избежать печальной участи нужно в первую очередь сразу же реагировать на то, что доставляет вам дискомфорт. Под «реагировать» я имею ввиду не орать, плакать и бросаться тарелками (это допустимо лишь в крайних случаях и не чаще, чем раз в полгода), но сразу же пресекать любые попытки сделать вам больно, обидно, унизить или украсть ваше время. Если вы уважаете себя, об этом нужно заявлять действиями, а не словами и пафосными статусами в соцсетях. Иногда лучшая реакция – просто встать, вежливо попрощаться и уйти. Потому что остаться и промолчать – уже первый шаг к «смириться и проглотить».

foto-vybor-puti

Печально только, что эта теория «накапливания и выплескивания» касается только отрицательных эмоций: гнева, недовольства, обиды, но никак не доброты и нежности. Последние – настолько тонкие материи, настолько уязвимые, что нуждаются в постоянном, ежедневном, ежечасном выплескивании, иначе есть огромный риск зачерстветь. А вот вопрос: нужно ли ожидать взаимности в ответ на собственную щедрость – отдельный вопрос. И пусть ответ на него каждый даст себе сам.

 

Leave a Comment

Filed under Общий поток

Доминирующий подвид мудаков — «Коллекционер»

Рассказывает наша читательница. Авторская орфография и пунктуация сохранены.

Есть тип «коллекционер» (правда есть ещё такой фильм))) ….в общем, я как-то встретила одного фотографа. ему был 31 год, а мне 22. так как он показался умным, а ещё был интересным собеседником, внешне привлекательным, и мог очаровать кого угодно, я встретив его, влюбилась почти сразу. он нигде не работал и до сих пор не работает, занимается «творчеством». часто уезжает путешествовать, живет за чужой счет (родительские деньги). я понимала, что у нас с ним ничего не получится, никакого будущего нет, но это понимание не помешало мне растянуть это историю почти на год. как я уже сказала,я влюбилась в него сразу, а в сексе ему вообще не было равных, и возможно не будет (эти обстоятельства мешали мне послать его).

А год был веселый — 3 он уезжал в путешествия то в горы, то в леса, то на Кипр…. ещё 2 раза мы жестко ругались и по месяцу не разговаривали. я была в странном состоянии, все не так и все как в тумане, в общем такой вариант зависимости от человека. и потом все начиналось по новой. конечно, он фотограф, и про количество девушек у него в друзьях и «подружек» в жизни я даже говорить не хочу, а ещё эти съемки в стиле ню…. я патологически ревнива, я это знаю и не скрываю. мне было сложно. при этом, отношений у нас по сути и не было, просто секс, общение и приятное времяпрепровождение. А как-то он поехал на фотосессию с бабой, фоткаться на пленку, и переспал с ней)))

Я сейчас даже не могу объяснить, зачем я это все терпела, делала вид что мне все равно и старалась общаться с ним исключительно на позитиве. только секс у нас хорошо получался. даже дружеское общение не клеилось, он при любой возможности считал мне нужным сказать, что от меня один негатив, я плохая, злая и агрессивная, хотя ничего такого не проявляла. ещё он вечно находится в поиске себя, страдает от перепадов настроения и депрессий, а живет большую часть времени один в своем домике в деревне) в этой деревне у него тоже девушка была, моего возраста) правда она ему быстро надоела, призналась в любви и он ее кинул.

У меня же с ним закончилось все тем, что перед НГ он объявил ,что его окружение и его жизнь не устраивает его,поэтому он будет ближайший месяц один, заниматься саморазвитием и т.д. но потом, когда он вернется, окружать его будут другие люди, меня среди них не будет.
Эти обещания не помешали ему появится спустя месяц. я пустила его к себе домой, хотя делать этого не стоило. мы переспали, потом я поняла что отношение человека не изменится уже, и он тоже,и попросила больше никогда не появляться в моей жизни. он все равно планирует появляться. сейчас он валит в очередную поездку, ради которой продал фото-оборудование. меня это уже не касается.
После этой истории я считаю так — чем хуже ведешь себя с мужчиной, чем безразличнее, тем лучше он будет к тебе относиться. Из-за него я сливала других парней, так и не смогла начать отношения с кем-то, потому что он все время появлялся на горизонте, как только я была готова все это закончить. я закрывала глаза на его поведение и его баб, на вечные заморочки, я всегда была к нему добра и жертвовала ради него своими планами, общением с друзьями и другими важными вещами! это сейчас не имеет никакого значения. его друзья, с которыми я легко нашла общий язык, рассказали, что отношений у него по сути-то и не было, жениться тоже не собирался, человек живет для себя и трахает тех, кого хочет. молодец, все правильно делает. я у него тоже этому научилась)))

Девочки, не встречайтесь с коллекционерами)) Пользы ноль, одно мозгоёбство.

Всё, как по пунктам: отличный секс, прогрессирующий инфантилизм, схема: «влюбить и бросить».

images

Leave a Comment

Filed under Полевые наблюдения

Мудак-гастролер

Есть такая разновидность мудака – мудак-гастролер. Этот тип хомо сапиенс обычно приезжает издалека, ненадолго и, потчуя отборной лапшой, пытается с женской помощью максимально обустроить свой быт на время пребывания. С одним таким «посчастливилось» встретиться моей подруге.

Взрослый серьезный мужчина, француз, психолог, владелец недвижимости в Валенсии и собаки карликовой породы уже после первого разговора по скайпу начал говорить о любви и о замужестве. Девушка, конечно, понимала, что всё это слишком хорошо, чтобы быть правдой, но ведь как хочется верить в чудеса! Особенно после того, как он захотел к ней приехать.

23c23cb9f4f9fd42f4eb0bbb33c2761a

Правда, тут сразу же возник конфликт: ему хотелось знать, получит ли его персона всё её внимание и он требовал гарантий. Здравомыслящая девушка спросила: «Ну как я могу дать тебе гарантии, если я тебя даже ни разу не видела? А вдруг ты мне не понравишься?» Мужчина обиделся и пропал с радаров. Правда, вскоре появился снова, заявил, что очень хочет приехать, пусть даже и без гарантий. Тут девушка и подтаяла.

Далее начался процесс поиска квартиры. Конечно же, ему, как иностранцу, это было сложно и, конечно же, девушка вызвалась помочь. Почти неделю искала ему жилище, просматривала варианты, договаривалась с владельцами. И параллельно ходила по магазинам, выбирала всевозможные обновки, чтобы поразить воображение заграничного гостя. Потратилаааааась… И вот, наступил час Ч.

Жених прилетел в два часа ночи. Только в подарок привез не колечко, а мягкую игрушку. Она, в новом платье и тоненьких колготках (а на дворе-то уже зима), встретила его и повезла в апартаменты. Они провели там несколько часов, а затем мужчина вдруг понял, что ему не подходит цена (что-то около 35 евро в сутки). Сказал, что его друг снимает квартиру в центре Киева за 20 евро и потребовал такую же. На все аргументы, что друг, вероятно, что-то напутал, и двухкомнатную квартиру с евроремонтом в центре Киева за такую сумму не снимешь, он просто не реагировал.

5346-600x240

Пришлось искать новое жильё. Зимой. Во время событий на Майдане. Конечно же, искала она. Затем возникла проблема с оплатой. Наш жених оказался обладателем какой-то уникальной банковской карточки, расплатиться с которой ему не представлялось правильным. Во всяком случае, его постоянным аргументом было: «Я не могу заплатить – у меня деньги на карточке» А пойти в ближайший банкомат и снять наличные тоже как-то не укладывалось в его понимании. Благо, девушка финансист и знает – деньги можно снять с ЛЮБОЙ карточки. Пришлось насесть на гостя, чтобы хоть как-то закрыть финансовый вопрос с хозяином квартиры.

В последующие несколько дней наш психолог проявил себя как форменная истеричка. Стоило девушке задержаться дома (проспала немного – она ведь его ночью встречала, да и потом на работу поехала, пока он остался отдыхать), как он уже наяривал ей и орал в трубку, какая она сволочь – бросила его. А потом пошел со знакомым в бар, напился и снова начал звонить, говоря, что не помнит, где живет, и она просто обязана довести его до дома.

За ту неделю, что он провел в Киеве, несколько раз они ужинали в ресторанах, пока жених не сказал: «У себя дома, в Испании, я так часто по ресторанам не хожу». И тут же начал звать переехать к нему. На замечание девушки, что у неё, между прочим «конфетно-букетный период» и стоять у плиты она пока не готова, сказал, что она нехорошая. А на вопрос: «Где же она будет в Испании работать?», сказал, что он обеспечен и работать ей вовсе необязательно.

domoh

Стоит сказать, что с момента встречи как-то сами собой разделились траты: он платил за продукты, она – за такси. При этом он умудрялся постоянно обвинять её в меркантильности и называть «нехорошей» и обижаться, что она не всё время с ним, а иногда еще и на работу ходит. Последняя встреча была особенно фееричной: после рабочего дня девушка ехала с к нему, по гололеду на такси (дважды чуть не попала в аварию), голодная, а он, просидевший весь день дома, сказал: «Ну, купи себе что-то покушать. Я не хочу есть». А когда она, наконец, добралась к нему в апартаменты, сидел в дальней комнате, что-то печатал на компьютере и даже не вышел её встречать.

Сначала барышня села в другой комнате, ожидая, что он проявит инициативу. Потом поела заказанные ею суши, приняла душ и, когда уже подошла к нему, свежая и благоухающая, услышала холодное: «Ну, я спать». Подумала-подумала, пожелала ему спокойной ночи и уехала домой. После чего наслушалась про себя, какая она плохая, что должна была подойти к нему, обнять, узнать, как прошел его день и т.д. и т.п. А оказалось, что она – эгоистичный чурбан.

На следующий день жених уехал в аэропорт – лететь домой, но как раз попал на эвакуацию (из-за мнимого минирования, все рейсы в тот день задержали). И в этом, конечно, тоже оказалось виноватой она.

Leave a Comment

Filed under Общий поток

Что такое «страшная баба» и чем страшна её любовь

Бесподобная статья и о мудаках, и о жертвах, и о неврозах, и о том, как прошлые поколения сказываюся на настоящих. Спасибо психологу Людмиле Петрановской.

 

Травмы поколений

 

***
Живет себе семья. Молодая совсем, только поженились, ждут ребеночка. Или только родили. А может, даже двоих успели. Любят, счастливы, полны надежд. И тут случается катастрофа. Маховики истории сдвинулись с места и пошли перемалывать народ. Чаще всего первыми в жернова попадают мужчины. Революции, войны, репрессии – первый удар по ним.

И вот уже молодая мать осталась одна. Ее удел – постоянная тревога, непосильный труд (нужно и работать, и ребенка растить), никаких особых радостей. Похоронка, «десять лет без права переписки», или просто долгое отсутствие без вестей, такое, что надежда тает. Может быть, это и не про мужа, а про брата, отца, других близких. Каково состояние матери? Она вынуждена держать себя в руках, она не может толком отдаться горю. На ней ребенок (дети), и еще много всего. Изнутри раздирает боль, а выразить ее невозможно, плакать нельзя, «раскисать» нельзя. И она каменеет. Застывает в стоическом напряжении, отключает чувства, живет, стиснув зубы и собрав волю в кулак, делает все на автомате. Или, того хуже, погружается в скрытую депрессию, ходит, делает, что положено, хотя сама хочет только одного – лечь и умереть. Ее лицо представляет собой застывшую маску, ее руки тяжелы и не гнутся. Ей физически больно отвечать на улыбку ребенка, она минимизирует общение с ним, не отвечает на его лепет. Ребенок проснулся ночью, окликнул ее – а она глухо воет в подушку. Иногда прорывается гнев. Он подполз или подошел, теребит ее, хочет внимания и ласки, она когда может, отвечает через силу, но иногда вдруг как зарычит: «Да, отстань же», как оттолкнет, что он аж отлетит. Нет, она не него злится – на судьбу, на свою поломанную жизнь, на того, кто ушел и оставил и больше не поможет.

Только вот ребенок не знает всей подноготной происходящего. Ему не говорят, что случилось (особенно если он мал). Или он даже знает, но понять не может. Единственное объяснение, которое ему в принципе может прийти в голову: мама меня не любит, я ей мешаю, лучше бы меня не было. Его личность не может полноценно формироваться без постоянного эмоционального контакта с матерью, без обмена с ней взглядами, улыбками, звуками, ласками, без того, чтобы читать ее лицо, распознавать оттенки чувств в голосе. Это необходимо, заложено природой, это главная задача младенчества. А что делать, если у матери на лице депрессивная маска? Если ее голос однообразно тусклый от горя, или напряжено звенящий от тревоги?

Пока мать рвет жилы, чтобы ребенок элементарно выжил, не умер от голода или болезни, он растет себе, уже травмированный. Не уверенный, что его любят, не уверенный, что он нужен, с плохо развитой эмпатией. Даже интеллект нарушается в условиях депривации. Помните картину «Опять двойка»? Она написана в 51. Главному герою лет 11 на вид. Ребенок войны, травмированный больше, чем старшая сестра, захватившая первые годы нормальной семейной жизни, и младший брат, любимое дитя послевоенной радости – отец живой вернулся. На стене – трофейные часы. А мальчику трудно учиться.

Конечно, у всех все по-разному. Запас душевных сил у разных женщин разный. Острота горя разная. Характер разный. Хорошо, если у матери есть источники поддержки – семья, друзья, старшие дети. А если нет? Если семья оказалась в изоляции, как «враги народа», или в эвакуации в незнакомом месте? Тут или умирай, или каменей, а как еще выжить?

Идут годы, очень трудные годы, и женщина научается жить без мужа. «Я и лошадь, я и бык, я и баба, и мужик». Конь в юбке. Баба с яйцами. Назовите как хотите, суть одна. Это человек, который нес-нес непосильную ношу, да и привык. Адаптировался. И по-другому уже просто не умеет. Многие помнят, наверное, бабушек, которые просто физически не могли сидеть без дела. Уже старенькие совсем, все хлопотали, все таскали сумки, все пытались рубить дрова. Это стало способом справляться с жизнью. Кстати, многие из них стали настолько стальными – да, вот такая вот звукопись – что прожили очень долго, их и болезни не брали, и старость. И сейчас еще живы, дай им Бог здоровья.

В самом крайнем своем выражении, при самом ужасном стечении событий, такая женщина превращалась в монстра, способного убить своей заботой. И продолжала быть железной, даже если уже не было такой необходимости, даже если потом снова жила с мужем, и детям ничего не угрожало. Словно зарок выполняла.
Ярчайший образ описан в книге Павла Санаева «Похороните меня за плинтусом».
А вот что пишет о «Страшной бабе» Екатерина Михайлова («Я у себя одна» книжка называется): «Тусклые волосы, сжатый в ниточку рот…, чугунный шаг… Скупая, подозрительная, беспощадная, бесчувственная. Она всегда готова попрекнуть куском или отвесить оплеуху: «Не напасешься на вас, паразитов. Ешь, давай!»…. Ни капли молока не выжать из ее сосцов, вся она сухая и жесткая…» Там еще много очень точного сказано, и если кто не читал эти две книги, то надо обязательно.

Самое страшное в этой патологически измененной женщине – не грубость, и не властность. Самое страшное – любовь. Когда, читая Санаева, понимаешь, что это повесть о любви, о такой вот изуродованной любви, вот когда мороз-то продирает. У меня была подружка в детстве, поздний ребенок матери, подростком пережившей блокаду. Она рассказывала, как ее кормили, зажав голову между голенями и вливая в рот бульон. Потому что ребенок больше не хотел и не мог, а мать и бабушка считали, что надо. Их так пережитый голод изнутри грыз, что плач живой девочки, родной, любимой, голос этого голода перекрыть не мог.

А другую мою подружку мама брала с собой, когда делала подпольные аборты. И она показывала маленькой дочке полный крови унитаз со словами: вот, смотри, мужики-то, что они с нами делают. Вот она, женская наша доля. Хотела ли она травмировать дочь? Нет, только уберечь. Это была любовь.

А самое ужасное – что черты «Страшной бабы» носит вся наша система защиты детей до сих пор. Медицина, школа, органы опеки. Главное – чтобы ребенок был «в порядке». Чтобы тело было в безопасности. Душа, чувства, привязанности – не до этого. Спасти любой ценой. Накормить и вылечить. Очень-очень медленно это выветривается, а нам-то в детстве по полной досталось, няньку, которая половой тряпкой по лицу била, кто не спал днем, очень хорошо помню.

Но оставим в стороне крайние случаи. Просто женщина, просто мама. Просто горе. Просто ребенок, выросший с подозрением, что не нужен и нелюбим, хотя это неправда и ради него только и выжила мама и вытерпела все. И он растет, стараясь заслужить любовь, раз она ему не положена даром. Помогает. Ничего не требует. Сам собой занят. За младшими смотрит. Добивается успехов. Очень старается быть полезным. Только полезных любят. Только удобных и правильных. Тех, кто и уроки сам сделает, и пол в доме помоет, и младших уложит, ужин к приходу матери приготовит. Слышали, наверное, не раз такого рода рассказы про послевоенное детство? «Нам в голову прийти не могло так с матерью разговаривать!» — это о современной молодежи. Еще бы. Еще бы. Во-первых, у железной женщины и рука тяжелая. А во-вторых — кто ж будет рисковать крохами тепла и близости? Это роскошь, знаете ли, родителям грубить.

Травма пошла на следующий виток.
***
Настанет время, и сам этот ребенок создаст семью, родит детей. Годах примерно так в 60-х. Кто-то так был «прокатан» железной матерью, что оказывался способен лишь воспроизводить ее стиль поведения. Надо еще не забывать, что матерей-то многие дети не очень сильно и видели, в два месяца – ясли, потом пятидневка, все лето – с садом на даче и т.д. То есть «прокатывала» не только семья, но и учреждения, в которых «Страшных баб» завсегда хватало.

Но рассмотрим вариант более благополучный. Ребенок был травмирован горем матери, но вовсе душу ему не отморозило. А тут вообще мир и оттепель, и в космос полетели, и так хочется жить, и любить, и быть любимым. Впервые взяв на руки собственного, маленького и теплого ребенка, молодая мама вдруг понимает: вот он. Вот тот, кто наконец-то полюбит ее по-настоящему, кому она действительно нужна. С этого момента ее жизнь обретает новый смысл. Она живет ради детей. Или ради одного ребенка, которого она любит так страстно, что и помыслить не может разделить эту любовь еще на кого-то. Она ссорится с собственной матерью, которая пытается отстегать внука крапивой – так нельзя. Она обнимает и целует свое дитя, и спит с ним вместе, и не надышится на него, и только сейчас, задним числом осознает, как многого она сама была лишена в детстве. Она поглощена этим новым чувством полностью, все ее надежды, чаяния – все в этом ребенке. Она «живет его жизнью», его чувствами, интересами, тревогами. У них нет секретов друг о друга. С ним ей лучше, чем с кем бы то ни было другим.

И только одно плохо – он растет. Стремительно растет, и что же потом? Неужто снова одиночество? Неужто снова – пустая постель? Психоаналитики тут бы много чего сказали, про перемещенный эротизм и все такое, но мне сдается, что нет тут никакого эротизма особого. Лишь ребенок, который натерпелся одиноких ночей и больше не хочет. Настолько сильно не хочет, что у него разум отшибает. «Я не могу уснуть, пока ты не придешь». Мне кажется, у нас в 60-70-е эту фразу чаще говорили мамы детям, а не наоборот.

Что происходит с ребенком? Он не может не откликнуться на страстный запрос его матери о любви. Это вывшее его сил. Он счастливо сливается с ней, он заботится, он боится за ее здоровье. Самое ужасное – когда мама плачет, или когда у нее болит сердце. Только не это. «Хорошо, я останусь, мама. Конечно, мама, мне совсем не хочется на эти танцы». Но на самом деле хочется, ведь там любовь, самостоятельная жизнь, свобода, и обычно ребенок все-таки рвет связь, рвет больно, жестко, с кровью, потому что добровольно никто не отпустит. И уходит, унося с собой вину, а матери оставляя обиду. Ведь она «всю жизнь отдала, ночей не спала». Она вложила всю себя, без остатка, а теперь предъявляет вексель, а ребенок не желает платить. Где справедливость? Тут и наследство «железной» женщины пригождается, в ход идут скандалы, угрозы, давление. Как ни странно, это не худший вариант. Насилие порождает отпор и позволяет-таки отделиться, хоть и понеся потери.

Некоторые ведут свою роль так искусно, что ребенок просто не в силах уйти. Зависимость, вина, страх за здоровье матери привязывают тысячами прочнейших нитей, про это есть пьеса Птушкиной «Пока она умирала», по которой гораздо более легкий фильм снят, там Васильева маму играет, а Янковский – претендента на дочь. Каждый Новый год показывают, наверное, видели все. А лучший – с точки зрения матери – вариант, если дочь все же сходит ненадолго замуж и останется с ребенком. И тогда сладкое единение можно перенести на внука и длить дальше, и, если повезет, хватит до самой смерти.

И часто хватает, поскольку это поколение женщин гораздо менее здорово, они часто умирают намного раньше, чем их матери, прошедшие войну. Потому что стальной брони нет, а удары обиды разрушают сердце, ослабляют защиту от самых страшных болезней. Часто свои неполадки со здоровьем начинают использовать как неосознанную манипуляцию, а потом трудно не заиграться, и вдруг все оказывается по настоящему плохо. При этом сами они выросли без материнской внимательной нежной заботы, а значит, заботиться о себе не привыкли и не умеют, не лечатся, не умеют себя баловать, да, по большому счету, не считают себя такой уж большой ценностью, особенно если заболели и стали «бесполезны».

Но что-то мы все о женщинах, а где же мужчины? Где отцы? От кого-то же надо было детей родить?

С этим сложно. Девочка и мальчик, выросшие без отцов, создают семью. Они оба голодны на любовь и заботу. Она оба надеются получить их от партнера. Но единственная модель семьи, известная им – самодостаточная «баба с яйцами», которой, по большому счету, мужик не нужен. То есть классно, если есть, она его любит и все такое. Но по-настоящему он ни к чему, не пришей кобыле хвост, розочка на торте. «Посиди, дорогой, в сторонке, футбол посмотри, а то мешаешь полы мыть. Не играй с ребенком, ты его разгуливаешь, потом не уснет. Не трогай, ты все испортишь. Отойди, я сама» И все в таком духе. А мальчики-то тоже мамами выращены. Слушаться привыкли. Психоаналитики бы отметили еще, что с отцом за маму не конкурировали и потому мужчинами себя не почувствовали. Ну, и чисто физически в том же доме нередко присутствовала мать жены или мужа, а то и обе. А куда деваться? Поди тут побудь мужчиной…

Некоторые мужчины находили выход, становясь «второй мамой». А то и единственной, потому что сама мама-то, как мы помним, «с яйцами» и железом погромыхивает. В самом хорошем варианте получалось что-то вроде папы дяди Федора: мягкий, заботливый, чуткий, все разрешающий. В промежуточном – трудоголик, который просто сбегал на работу от всего от этого. В плохом — алкоголик. Потому что мужчине, который даром не нужен своей женщине, который все время слышит только «отойди, не мешай», а через запятую «что ты за отец, ты совершенно не занимаешься детьми» (читай «не занимаешься так, как Я считаю нужным»), остается или поменять женщину – а на кого, если все вокруг примерно такие? – или уйти в забытье.

С другой стороны, сам мужчина не имеет никакой внятной модели ответственного отцовства. На их глазах или в рассказах старших множество отцов просто встали однажды утром и ушли – и больше не вернулись. Вот так вот просто. И ничего, нормально. Поэтому многие мужчины считали совершенно естественным, что, уходя из семьи, они переставали иметь к ней отношение, не общались с детьми, не помогали. Искренне считали, что ничего не должны «этой истеричке», которая осталась с их ребенком, и на каком-то глубинном уровне, может, были и правы, потому что нередко женщины просто юзали их, как осеменителей, и дети были им нужнее, чем мужики. Так что еще вопрос, кто кому должен. Обида, которую чувствовал мужчина, позволяла легко договориться с совестью и забить, а если этого не хватало, так вот ведь водка всюду продается.

Ох, эти разводы семидесятых — болезненные, жестокие, с запретом видеться с детьми, с разрывом всех отношений, с оскорблениями и обвинениями. Мучительное разочарование двух недолюбленных детей, которые так хотели любви и счастья, столько надежд возлагали друг на друга, а он/она – обманул/а, все не так, сволочь, сука, мразь… Они не умели налаживать в семье круговорот любви, каждый был голоден и хотел получать, или хотел только отдавать, но за это – власти. Они страшно боялись одиночества, но именно к нему шли, просто потому, что, кроме одиночества никогда ничего не видели.

В результате – обиды, душевные раны, еще больше разрушенное здоровье, женщины еще больше зацикливаются на детях, мужчины еще больше пьют.

У мужчин на все это накладывалась идентификация с погибшими и исчезнувшими отцами. Потому что мальчику надо, жизненно необходимо походить на отца. А что делать, если единственное, что о нем известно – что он погиб? Был очень смелым, дрался с врагами – и погиб? Или того хуже – известно только, что умер? И о нем в доме не говорят, потому что он пропал без вести, или был репрессирован? Сгинул – вот и вся информация? Что остается молодому парню, кроме суицидального поведения? Выпивка, драки, сигареты по три пачки в день, гонки на мотоциклах, работа до инфаркта. Мой отец был в молодости монтажник-высотник. Любимая фишка была – работать на высоте без страховки. Ну, и все остальное тоже, выпивка, курение, язва. Развод, конечно, и не один. В 50 лет инфаркт и смерть. Его отец пропал без вести, ушел на фронт еще до рождения сына. Неизвестно ничего, кроме имени, ни одной фотографии, ничего.

Вот в таком примерно антураже растут детки, третье уже поколение.
В моем классе больше, чем у половины детей родители были в разводе, а из тех, кто жил вместе, может быть, только в двух или трех семьях было похоже на супружеское счастье. Помню, как моя институтская подруга рассказывала, что ее родители в обнимку смотрят телевизор и целуются при этом. Ей было 18, родили ее рано, то есть родителям было 36-37. Мы все были изумлены. Ненормальные, что ли? Так не бывает!

Естественно, соответствующий набор слоганов: «Все мужики – сволочи», «Все бабы – суки», «Хорошее дело браком не назовут». А что, жизнь подтверждала. Куда ни глянь…

Но случилось и хорошее. В конце 60-х матери получили возможность сидеть с детьми до года. Они больше не считались при этом тунеядками. Вот кому бы памятник поставить, так автору этого нововведения. Не знаю только, кто он. Конечно, в год все равно приходилось отдавать, и это травмировало, но это уже несопоставимо, и об этой травме в следующий раз. А так-то дети счастливо миновали самую страшную угрозу депривации, самую калечащую – до года. Ну, и обычно народ крутился еще потом, то мама отпуск возьмет, то бабушки по очереди, еще выигрывали чуток. Такая вот игра постоянная была – семья против «подступающей ночи», против «Страшной бабы», против железной пятки Родины-матери. Такие кошки-мышки.

А еще случилось хорошее – отдельно жилье стало появляться. Хрущобы пресловутые. Тоже поставим когда-нибудь памятник этим хлипким бетонным стеночкам, которые огромную роль выполнили – прикрыли наконец семью от всевидящего ока государства и общества. Хоть и слышно было все сквозь них, а все ж какая-никакая – автономия. Граница. Защита. Берлога. Шанс на восстановление.

Третье поколение начинает свою взрослую жизнь со своим набором травм, но и со своим довольно большим ресурсом. Нас любили. Пусть не так, как велят психологи, но искренне и много. У нас были отцы. Пусть пьющие и/или «подкаблучники» и/или «бросившие мать козлы» в большинстве, но у них было имя, лицо и они нас тоже по своему любили. Наши родители не были жестоки. У нас был дом, родные стены.

Не у все все одинаково, конечно, были семье более и менее счастливые и благополучные.
Но в общем и целом.

Короче, с нас причитается.

***
Итак, третье поколение. Не буду здесь жестко привязываться к годам рождения, потому что кого-то родили в 18, кого-то – в 34, чем дальше, тем больше размываются отчетливые «берега» потока. Здесь важна передача сценария, а возраст может быть от 50 до 30. Короче, внуки военного поколения, дети детей войны.

«С нас причитается» — это, в общем, девиз третьего поколения. Поколения детей, вынужденно ставших родителями собственных родителей. В психологии такое называется «парентификация».

А что было делать? Недолюбленные дети войны распространяли вокруг столь мощные флюиды беспомощности, что не откликнуться было невозможно. Поэтому дети третьего поколения были не о годам самостоятельны и чувствовали постоянную ответственность за родителей. Детство с ключом на шее, с первого класса самостоятельно в школу – в музыкалку – в магазин, если через пустырь или гаражи – тоже ничего. Уроки сами, суп разогреть сами, мы умеем. Главное, чтобы мама не расстраивалась. Очень показательны воспоминания о детстве: «Я ничего у родителей не просила, всегда понимала, что денег мало, старалась как-то зашить, обойтись», «Я один раз очень сильно ударился головой в школе, было плохо, тошнило, но маме не сказал – боялся расстроить. Видимо, было сотрясение, и последствия есть до сих пор», «Ко мне сосед приставал, лапать пытался, то свое хозяйство показывал. Но я маме не говорила, боялась, что ей плохо с сердцем станет», «Я очень по отцу тосковал, даже плакал потихоньку. Но маме говорил, что мне хорошо и он мне совсем не нужен. Она очень зилась на него после развода». У Дины Рубинной есть такой рассказ пронзительный «Терновник». Классика: разведенная мама, шестилетний сын, самоотверженно изображающий равнодушие к отцу, которого страстно любит. Вдвоем с мамой, свернувшись калачиком, в своей маленькой берлоге против чужого зимнего мира. И это все вполне благополучные семьи, бывало и так, что дети искали пьяных отцов по канавам и на себе притаскивали домой, а мамочку из петли вытаскивали собственными руками или таблетки от нее прятали. Лет эдак в восемь.

А еще разводы, как мы помним, или жизнь в стиле кошка с собакой» (ради детей, конечно). И дети-посредники, миротворцы, которые душу готовы продать, чтобы помирить родителей, чтобы склеить снова семейное хрупкое благополучие. Не жаловаться, не обострять, не отсвечивать, а то папа рассердится, а мама заплачет, и скажет, что «лучше бы ей сдохнуть, чем так жить», а это очень страшно. Научиться предвидеть, сглаживать углы, разряжать обстановку. Быть всегда бдительным, присматривать за семьей. Ибо больше некому.

Символом поколения можно считать мальчика дядю Федора из смешного мультика. Смешной-то смешной, да не очень. Мальчик-то из всей семьи самый взрослый. А он еще и в школу не ходит, значит, семи нет. Уехал в деревню, живет там сам, но о родителях волнуется. Они только в обморок падают, капли сердечные пьют и руками беспомощно разводят.

Или помните мальчика Рому из фильма«Вам и не снилось»? Ему 16, и он единственный взрослый из всех героев фильма. Его родители – типичные «дети войны», родители девочки – «вечные подростки», учительница, бабушка… Этих утешить, тут поддержать, тех помирить, там помочь, здесь слезы вытереть. И все это на фоне причитаний взрослых, мол, рано еще для любви. Ага, а их всех нянчить – в самый раз.

Так все детство. А когда настала пора вырасти и оставить дом – муки невозможной сепарации, и вина, вина, вина, пополам со злостью, и выбор очень веселый: отделись – и это убьет мамочку, или останься и умри как личность сам.

Впрочем, если ты останешься, тебе все время будут говорить, что нужно устраивать собственную жизнь, и что ты все делаешь не так, нехорошо и неправильно, иначе уже давно была бы своя семья. При появлении любого кандидата он, естественно, оказывался бы никуда не годным, и против него начиналась бы долгая подспудная война до победного конца. Про это все столько есть фильмов и книг, что даже перечислять не буду.

Интересно, что при все при этом и сами они, и их родители воспринимали свое детство как вполне хорошее. В самом деле: дети любимые, родители живы, жизнь вполне благополучная. Впервые за долгие годы – счастливое детство без голода, эпидемий, войны и всего такого.

Ну, почти счастливое. Потому что еще были детский сад, часто с пятидневкой, и школа, и лагеря и прочие прелести советского детства, которые были кому в масть, а кому и не очень. И насилия там было немало, и унижений, а родители-то беспомощные, защитить не могли. Или даже на самом деле могли бы, но дети к ним не обращались, берегли. Я вот ни разу маме не рассказывала, что детском саду тряпкой по морде бьют и перловку через рвотные спазмы в рот пихают. Хотя теперь, задним числом, понимаю, что она бы, пожалуй, этот сад разнесла бы по камешку. Но тогда мне казалось – нельзя.

Это вечная проблема – ребенок некритичен, он не может здраво оценить реальное положение дел. Он все всегда принимает на свой счет и сильно преувеличивает. И всегда готов принести себя в жертву. Так же, как дети войны приняли обычные усталость и горе за нелюбовь, так же их дети принимали некоторую невзрослость пап и мам за полную уязвимость и беспомощность. Хотя не было этого в большинстве случаев, и вполне могли родители за детей постоять, и не рассыпались бы, не умерили от сердечного приступа. И соседа бы укоротили, и няньку, и купили бы что надо, и разрешили с папой видеться. Но – дети боялись. Преувеличивали, перестраховывались. Иногда потом, когда все раскрывалось, родители в ужасе спрашивали: «Ну, почему ты мне сказал? Да я бы, конечно…» Нет ответа. Потому что – нельзя. Так чувствовалось, и все.

Третье поколение стало поколением тревоги, вины, гиперответственности. У всего этого были свои плюсы, именно эти люди сейчас успешны в самых разных областях, именно они умеют договариваться и учитывать разные точки зрения. Предвидеть, быть бдительными, принимать решения самостоятельно, не ждать помощи извне – сильные стороны. Беречь, заботиться, опекать.

Но есть у гиперотвественности, как у всякого «гипер» и другая сторона. Если внутреннему ребенку военных детей не хватало любви и безопасности, то внутреннему ребенку «поколения дяди Федора» не хватало детскости, беззаботности. А внутренний ребенок – он свое возьмет по-любому, он такой. Ну и берет. Именно у людей этого поколения часто наблюдается такая штука, как «агрессивно-пассивное поведение». Это значит, что в ситуации «надо, но не хочется» человек не протестует открыто: «не хочу и не буду!», но и не смиряется «ну, надо, так надо». Он всякими разными, порой весьма изобретательными способами, устраивает саботаж. Забывает, откладывает на потом, не успевает, обещает и не делает, опаздывает везде и всюду и т. п. Ох, начальники от этого воют прямо: ну, такой хороший специалист, профи, умница, талант, но такой неорганизованный…

Часто люди этого поколения отмечают у себя чувство, что они старше окружающих, даже пожилых людей. И при этом сами не ощущают себя «вполне взрослыми», нет «чувства зрелости». Молодость как-то прыжком переходит в пожилой возраст. И обратно, иногда по нескольку раз в день.

Еще заметно сказываются последствия «слияния» с родителями, всего этого «жить жизнью ребенка». Многие вспоминают, что в детстве родители и/или бабушки не терпели закрытых дверей: «Ты что, что-то скрываешь?». А врезать в свою дверь защелку было равносильно «плевку в лицо матери». Ну, о том, что нормально проверить карманы, стол, портфель и прочитать личный дневник… Редко какие родители считали это неприемлемым. Про сад и школу вообще молчу, одни туалеты чего стоили, какие нафиг границы… В результате дети, выросший в ситуации постоянного нарушения границ, потом блюдут эти границы сверхревностно. Редко ходят в гости и редко приглашают к себе. Напрягает ночевка в гостях (хотя раньше это было обычным делом). Не знают соседей и не хотят знать – а вдруг те начнут в друзья набиваться? Мучительно переносят любое вынужденное соседство (например, в купе, в номере гостиницы), потому что не знают, не умеют ставить границы легко и естественно, получая при этом удовольствие от общения, и ставят «противотанковые ежи» на дальних подступах.

А что с семьей? Большинство и сейчас еще в сложных отношения со своими родителями (или их памятью), у многих не получилось с прочным браком, или получилось не с первой попытки, а только после отделения (внутреннего) от родителей.

Конечно, полученные и усвоенный в детстве установки про то, что мужики только и ждут, чтобы «поматросить и бросить», а бабы только и стремятся, что «подмять под себя», счастью в личной жизни не способствуют. Но появилась способность «выяснять отношения», слышать друг друга, договариваться. Разводы стали чаще, поскольку перестали восприниматься как катастрофа и крушение всей жизни, но они обычно менее кровавые, все чаще разведенные супруги могут потом вполне конструктивно общаться и вместе заниматься детьми.

Часто первый ребенок появлялся в быстротечном «осеменительском» браке, воспроизводилась родительская модель. Потом ребенок отдавался полностью или частично бабушке в виде «откупа», а мама получала шанс таки отделиться и начать жить своей жизнью. Кроме идеи утешить бабушку, здесь еще играет роль многократно слышанное в детстве «я на тебя жизнь положила». То есть люди выросли с установкой, что растить ребенка, даже одного – это нечто нереально сложное и героическое. Часто приходится слышать воспоминания, как тяжело было с первенцем. Даже у тех, кто родил уже в эпоху памперсов, питания в баночках, стиральных машин-автоматов и прочих прибамбасов. Не говоря уже о центральном отоплении, горячей воде и прочих благах цивилизации. «Я первое лето провела с ребенком на даче, муж приезжал только на выходные. Как же было тяжело! Я просто плакала от усталости» Дача с удобствами, ни кур, ни коровы, ни огорода, ребенок вполне здоровый, муж на машине привозит продукты и памперсы. Но как же тяжело!

А как же не тяжело, если известны заранее условия задачи: «жизнь положить, ночей не спать, здоровье угробить». Тут уж хочешь — не хочешь… Эта установка заставляет ребенка бояться и избегать. В результате мама, даже сидя с ребенком, почти с ним не общается и он откровенно тоскует. Нанимаются няни, они меняются, когда ребенок начинает к ним привязываться – ревность! – и вот уже мы получаем новый круг – депривированого, недолюбленного ребенка, чем-то очень похожего на того, военного, только войны никакой нет. Призовой забег. Посмотрите на детей в каком-нибудь дорогом пансионе полного содержания. Тики, энурез, вспышки агрессии, истерики, манипуляции. Детдом, только с английским и теннисом. А у кого нет денег на пансион, тех на детской площадке в спальном районе можно увидеть. «Куда полез, идиот, сейчас получишь, я потом стирать должна, да?» Ну, и так далее, «сил моих на тебя нет, глаза б мои тебя не видели», с неподдельной ненавистью в голосе. Почему ненависть? Так он же палач! Он же пришел, чтобы забрать жизнь, здоровье, молодость, так сама мама сказала!

Другой вариант сценария разворачивает, когда берет верх еще одна коварная установка гиперответственных: все должно быть ПРАВИЛЬНО! Наилучшим образом! И это – отдельная песня. Рано освоившие родительскую роль «дяди Федоры» часто бывают помешаны на сознательном родительстве. Господи, если они осилили в свое время родительскую роль по отношению к собственным папе с мамой, неужели своих детей не смогут воспитать по высшему разряду? Сбалансированное питание, гимнастика для грудничков, развивающие занятия с года, английский с трех. Литература для родителей, читаем, думаем, пробуем. Быть последовательными, находить общий язык, не выходить из себя, все объяснять, ЗАНИМАТЬСЯ РЕБЕНКОМ.

И вечная тревога, привычная с детства – а вдруг что не так? А вдруг что-то не учли? а если можно было и лучше? И почему мне не хватает терпения? И что ж я за мать (отец)?

В общем, если поколение детей войны жило в уверенности, что они – прекрасные родители, каких поискать, и у их детей счастливое детство, то поколение гиперответственных почти поголовно поражено «родительским неврозом». Они (мы) уверены, что они чего-то не учли, не доделали, мало «занимались ребенком (еще и работать посмели, и карьеру строить, матери-ехидны), они (мы) тотально не уверенны в себе как в родителях, всегда недовольны школой, врачами, обществом, всегда хотят для своих детей больше и лучше.

Несколько дней назад мне звонила знакомая – из Канады! – с тревожным вопросом: дочка в 4 года не читает, что делать? Эти тревожные глаза мам при встрече с учительницей – у моего не получаются столбики! «А-а-а, мы все умрем!», как любит говорить мой сын, представитель следующего, пофигистичного, поколения. И он еще не самый яркий, так как его спасла непроходимая лень родителей и то, что мне попалась в свое время книжка Никитиных, где говорилось прямым текстом: мамашки, не парьтесь, делайте как вам приятно и удобно и все с дитем будет хорошо. Там еще много всякого говорилось, что надо в специальные кубики играть и всяко развивать, но это я благополучно пропустила 🙂 Оно само развилось до вполне приличных масштабов.

К сожалению, у многих с ленью оказалось слабовато. И родительствовали они со страшной силой и по полной программе. Результат невеселый, сейчас вал обращений с текстом «Он ничего не хочет. Лежит на диване, не работает и не учится. Сидит, уставившись в компьютер. Ни за что не желает отвечать. На все попытки поговорить огрызается.». А чего ему хотеть, если за него уже все отхотели? За что ему отвечать, если рядом родители, которых хлебом не корми – дай поотвечать за кого-нибудь? Хорошо, если просто лежит на диване, а не наркотики принимает. Не покормить недельку, так, может, встанет. Если уже принимает – все хуже.

Но это поколение еще только входит в жизнь, не будем пока на него ярлыки вешать. Жизнь покажет.

Чем дальше, чем больше размываются «берега», множатся, дробятся, причудливо преломляются последствия пережитого. Думаю, к четвертому поколению уже гораздо важнее конкретный семейный контекст, чем глобальная прошлая травма. Но нельзя не видеть, что многое из сегодняшнего дня все же растет из прошлого.

Leave a Comment

Filed under Общий поток