Tag Archives: опасность

Не все женщины одинаково полезны

Девушки, вы когда-либо думали о том, до чего мы доводим мужчин? Тех самых, кого хотим видеть рыцарями и надежным плечом. Из уст в уста в их дружном племени передаются страшные легенды и сказания, о женщинах, как источнике зла , проблем и головной боли.

  • О женщинах-вампирах, сосущих деньги и силы
  • О женщинах-оборотнях, способных вмиг превратиться с любящей и нежной невесты в жену-мегеру
  • О женщинах-зомби, все мысли которых крутятся вокруг нового айфона и еще пары сапожек
  • О женщинах-дрессировщицах, мечтающих приучить мужчину гулять на поводке и не уходить дальше дивана
  • О женщинах-белоручках, неспособных приготовить поесть или убраться в доме
  • О женщинах-ястребах, использующих каждую возможность их использовать.
  • О женщинах-жертвах, которых нужно постоянно спасать. И если возьмешь на ручки один раз, она залезет на голову, где и обоснуется. Чтобы сделать мужчину вечным «решалкиным» собственных проблем.
  • О женщинах-куклах, красивых снаружи, но с пустыми душами и глазами

И что главное – возникают эти сказания далеко не на пустом месте.

Даже если вы здесь ни при чем, если женщины-добрее, нежнее, хозяйственнее и вернее на всем белом свете не сыскать, помните: мужчина мог наблюдать подобное у друзей, знакомых или, что хуже всего, в своей семье. И решить, что так у всех. Потому что никто так не травмирует сына, как не в меру деспотичная или равнодушная мать. И никто не наносит ему рану глубже, чем обман, манипуляции и холодность первой любви.

Как результат:

  • Мужчины боятся близости
  • Боятся отношений
  • Боятся даже секса

После ночи страсти такой мужчины завязывают презервативы узелком и уносят с собой в кармане куртки – чтобы женщины вдруг не использовала его как оружие против них же. Они дозируют деньги, внимание, чувства, которые готовы дать. И ставят лимит на счастье для себя и для вас.

И вот что я хочу сказать: не нужно спасать их насильно. Некоторые из них настолько погрязли в своих убеждениях, что не заметят достойную женщину, даже если она упадет на них с неба и помашет перед носом большим и горячим сердцем. Они будут ждать подвоха, обмана и ножа в спину даже если вы родите им троих детей и сами будете содержать дом, чтобы доказать – я с тобой не из-за денег. Если мужчина не настроен любить – отпустите его. Дозреет – сам придет. Не дозреет, невелика потеря, вот честно.

Просто не калечьте тех, кто пока еще верит в любовь и верность и способен быть тем мужчиной, о котором можно мечтать. А потому, прежде чем вступать в любые отношения, убедитесь, что способны жить без манипуляций и готовы любить мужчину, а не его кошелек. Что думаете о том, как создать уют в отношениях, а не что с них поиметь. Что умеете сказать «прости», когда виноваты и «прощай», если вы не подходите друг другу на уровне моральных качеств и взглядов на жизнь.

А вы, мужчины, помните: женщины, как йогурты – не все одинаково полезны. Прежде, чем пригубить – внимательно изучите состав. Вы же такие сильные, смелые, умные – можете различить. А если упрямо тянет лишь вредный продукт, тут вам к психологу – разбираться со своими неврозами.

Leave a Comment

Filed under Общий поток, Полевые наблюдения

О пользе здоровой злости

Вам случалось глотать обиду и молчать, терпя жгучую душевную боль? Нечто из серии: «Я же мудрая женщина. Какой смысл кричать, ругаться, выяснять отношения, если лучше промолчать? Не это ли – секрет счастливых отношений? Зато потом он оценит мою выдержку и мудрость».

В настоящих отношениях – да. Иногда стоит и промолчать, и посчитать до ста, и представить водопад. И да, оценит. Но только не с мудаком. Ведь в то время как мудак имитирует отношения, ваша имитация спокойствия только усугубит положение. И вот почему:

1. Скрытая агрессия. Если вам кажется, что можно набрать в рот воды, промолчать и обеспечить семейный уют, то это вам лишь кажется. Во-первых, потому что бурлящие эмоции будут разрушать вас изнутри. А при регулярном проживании того же сценария, вполне могут спровоцировать болезни разного толка. Во-вторых, мужчина всегда почувствует вашу злость.

fd8c0cb60ff17130ddbbf07aa673eb02

Даже если вы, улыбаясь, подадите ему ужин, ярость ваших мыслей превратит вкусную еду в отраву. И та станет у мужчины в горле. Даже если ваш любимый мастер во лжи и уверен, что всё сойдет ему с рук, вашу ложь в словах: «Всё в порядке» он почует нутром. И будет опасаться неожиданной вспышки.

2. Ваша сказка против его сказки. Может, вы предпочитаете молчать, чтобы казаться в его глазах понимающей, покладистой и мудрой? И даже тешите себя надеждами, что именно такой он описывает вас друзьям? Простите, девушки, плохая новость: мудак всегда описывает вас так, как выгодно ему.

Даже если он пришел домой посреди ночи, и вы всего лишь молча повернулись в кровати спиной, наутро он расскажет товарищам по кутежу о колоссальной сцене, которую вы ему вчера закатили. А также о том, насколько стойко и достойно он её вынес. На моей практике даже был случай, когда, вернувшись после попойки с друзьями, молодой человек шепотом (хоть и со смехом) докладывал друзьям по телефону: «Иду, как по минному полю». Хоть ни ночью, ни даже утром не было и намека на скандал. Но, как вы понимаете, друзья знали иную версию.

3. Запрет на агрессию = запрет на либидо. Не хочу вторгаться в вотчину профессиональных психологов, но определенные вещи легко проверяются на практике. Запретив себе один тип эмоций, мы автоматически влияем и на другой (и даже многие) по принципу: «Взмах крыла бабочки на одном конце мира вызывает тайфун на другом».

Поскольку агрессия напрямую связана с такими явлениями в нашей жизни как верность, дружба и любовь (подробнее об этом читайте у Конрада Лоренца, «Агрессия»), она связана также и с возможностью проявлять любовь физическую – с либидо. Запрещая, подавляя в себе вспышки злости, мы теряем блеск в глазах и ощущение самой жизни. Вспомните, насколько ярким бывает секс после ссоры! А каковы постельные ощущения, если вы держите злость в себе? То-то же.

4. Потеря границ допустимого. И, наконец, самое опасное последствие женского терпения – потеря границ. Помните сказку о лягушке, которую бросили в кипяток, а та и выпрыгнула? Так бывает, когда позволяешь себе первую здоровую реакцию на мужской проступок – злость. Схема проста: он оступился – вы отреагировали – границы выстроены и соблюдены – выводы сделаны.

А теперь вспомните другую лягушку, которая сидела в изначально холодной воде и понемногу варилась. В этой истории вода – ваше эмоциональное состояние. Не позволяя себе злиться вовремя, мы не даем воде кипеть. И наша внутренняя лягушка-эго-самооценка не ощущает, как отношения медленно превращаются в суп. Из вас же.

Потому что промолчав на проступок раз, а уж тем более два, вы создаете новое правило – конкретно это делать можно. И подвигаете собственные границы. И чуть позже, когда вдруг очнетесь и захотите их вернуть, окажется, что уже поздно. Во всяком случае, в отношениях с этим мужчиной.

Супербонус. А еще именно злость – отличная опора, когда вы наконец решите разорвать отношения с мудаком. Потому что привычка тлеть в вечной терпимости – та самая черта, вынуждающая тянуть до последнего. И, к сожалению, сигналом к последнему обычно служит очень сильная боль. И затем еще долгое время придется потратить, пробуждая злость и агрессию, которую вы давили в себе на протяжении всех отношений (а сделать это придется, чтобы заново отстроить границы, возобновить самооценку и либидо). Иначе так и будете винить во всем себя, вместо того, чтобы честно сказать: «Да, мне попался мудак».

Так что, давайте признаем, злость – это нормально. Здоровая реакция, возникающая, когда наш комфорт и наши рамки нарушены. И, вместо того, чтобы превращать её в цепи для самой себя, пусть лучше она охраняет границы вашего королевства – как своеобразный аналог сказочного дракона.

Leave a Comment

Filed under Общий поток, Полевые наблюдения

Как стать мудаком. Краткое руководство к действию

Меня давно спрашивали, почему я не пишу, как стать мудаком. Ведь так много грустных мальчиков мечтают изменить свою жизнь к лучшему. И стать тем самым, по ком девочки сохнут пачками. Почему нет? Хотите – пожалуйста.

Итак, как стать мудаком. Для тех, кому надоела честь и совесть.

  1. Создай репутацию. Ни в коем случае не признавайся, что ты — мудак. Нет, для неё ты – хороший парень, жертва обстоятельств, отличный друг, брошенный жених, воин в душе, да кто угодно, только не бесчувственная скотина, которой ты, по сути, являешься. Репутация важна, ведь за неё удобно прятаться в случае чего. «Я старый солдат и мне неведомы слова любви и вся эта ваша романтика…», «Я боюсь, что мне снова разобьют сердце» и многое из того, о чем мы уже не раз говорили ранее.
  2. Никогда не спускай с крючка. Когда решаешь расстаться с женщиной, пытайся оставить максимально хорошее впечатление о себе. Так, чтобы она даже не поняла, что случилось. «Ах, он меня бросил? Да нет же, просто сейчас ему не нужны отношения – он может быть просто другом». И неважно, что ты сам пригласил приехать её вечером к себе в гости, она побрила ноги и надела красивое белье – только чтобы услышать от тебя: «Понимаешь, мы можем быть только друзьями». При этом желательно также добавить: «Ты же умная девочка/мудрая женщина», чтобы лишить её шанса на законную истерику. Мол, разве может умная девочка злиться, если ей так душевно объясняют ситуацию?

При этом важно оставить себе шанс на дальнейшее общение, звонки и перепихонску. Мало ли, как сложится жизнь? Может, твой корабль любви когда-либо прибьет и к её порослой мхом от ожидания гавани? А если в конце беседы добавить еще и мягкосердечное: «Если что нужно, ты пиши/звони, я всегда рядом», то девушка вообще сломает себе голову, перебирая в голове твои достоинства и свои недостатки. И это бинго, чувак! Ведь сломать её самооценку – то, что тебе нужно. Теперь она твоя в любое время дня и ночи, пока не найдет себе достойного мужчину. А это может произойти ой как нескоро.

  1. Подготовь запасной аэродром. Ни один уважающий себя мудак не откажется от проверенных связей, пока не подготовит новое теплое местечко. Оное должно соответствовать как минимум двум важным параметром: быть прекрасным донором для его ЧСВ (Чувство Собственной Важности) и быть для него выгодным (в работе, статусе, финансовом плане и т.д.). Но даже расставаясь со старыми вариантами, не забудь о пункте 2 – ведь всегда важно иметь куда вернуться.

 Чувство собственной важности – крайне важный нюанс в этом вопросе. Поскольку ни один нормальный мужчина не будет самоутверждаться за счет женщины, так и ни один нормальный мудак не упустит такой возможности. Женщина вьется вокруг него ужом, рассказывает о его необыкновенности, посвящает ему посты в соцсетях и трепещет от счастья при одном лишь его мимолетном взгляде – отлично. То, что нужно, дабы наиграться вдоволь.

Один мой знакомый мудак всё пытался разрушить семью друга детства и любил повторять: «Ему нужна не простая жена, а барышня на «Лексусе», не меньше». При этом он восхищался вторым другом, живущим в квартире девушки, расширившим бизнес за счет её денег и изменяющим ей с крайней регулярностью. И третьим, отношения которого длились не более месяца, зато в карманах всегда шуршал приятный денежный дождик. Стоит ли говорить, о чем мечтал сам герой рассказа?

  1. Прикрой зад. Данное правило закономерно вытекает из первых трех. Если ты мудак, у тебя всегда будут мутные схемы, о которых нельзя рассказывать женщине, чтобы она «не начала гадить тебе в тапки». Это важно, ведь прямота и честность — не о мудаках, оставим их обычным мальчикам. Маскируй свои планы, недоговаривай (ведь это не вранье, правда?), говори: «У меня кой-какие планы в одном месте. Затем еще в несколько местечек заскочить, кое с кем перетереть и уже затем я тебя наберу».

Всегда знай, что друзья тебя прикроют, ведь вы крепко завязаны. Ах, да, вы думали, что мудаки умеют просто дружить? Не обольщайтесь. Вам придется выстроить целую систему взаимовыгоды (привязав туда работу, хобби, досуг), чтобы друзьям было выгодно поддерживать вас во всем, даже в вашем вранье. Даже если они должны врать невесте, что её жених работает, а не кувыркается с любовницей. Даже если ты вообще сбежал на неделю из города, они будут упрямо повторять: «Он слишком устал на работе – отсыпается».

  1. Планируй, властвуй, разделяй. Один из важнейших пунктов, для которого придется немного напрячь полушария. И те, на которых сидишь, тоже. Зная характеры своих близких, строй целую систему, выгодную тебе. Спи с обеими подругами, чтобы они скрывали друг от друга тайного поклонника. Рассказывай одной подруге или другу то, что нужно донести до ушей третьей. Создай девушке или тайной подруге репутацию стервы, дабы никто из твоих друзей даже слушать её не стал, если вдруг обратится с просьбой или вопросом.

Как видишь, быть мудаком – тяжелый труд, не каждому под силу. Зато если сумеешь постичь данное искусство, девушки будут твои. Несчастные, больные, задерганные, с убитой в хлам самооценкой – зато твои. Ведь именно это тебе нужно?

ty----muflon_8593725_orig_

Leave a Comment

Filed under Общий поток, Полевые наблюдения

Дорога к мудакам — гордыня

Сегодня я хочу поговорить о том, что заставляет нас снова и снова возвращаться к мудакам – о гордыне (не путать с гордостью, честью и достоинством). И пусть вас не пугает явная религиозная подоплека термина – он настолько всеобъмлющ, что охватывает практически все сферы нашей жизни: от самооценки до поведения в конфликтных ситуациях.

332

Самооценка

Низкая самооценка – основная причина отношений с мудаками. Даже видя, что слова мужчины часто расходятся с делом, а сами его дела далеки от благородных, мы не можем поставить в отношениях жирную точку.

При чем здесь гордыня? Это состояние души, при котором человек не знает своего места в мире, заменяя его придумкой. То мы кажемся себе всемогущими, то никчемными. Чужие слова задевают нас, мужчина может возвысить нас на пьедестал или сбросить с него – лишь потому, что мы сами не чувствуем своей ценности.

Это не значит, что нужно надевать придуманную корону. Как и считать себя ничтожеством. Достаточно всего лишь понять: каждая из нас уникальна, на своем месте и со своей целью в жизни. И что для каждой внешности и характера есть подходящий мужчина. А позволять мудакам унижать себя – значит не ценить то уникальное, что дано нам природой.

Страх одиночества

Еще одно порождение гордыни. Поскольку гордыня – состояние сознания, при котором человек считает себя способным контролировать всю жизнь. Что в принципе невозможно. Вы ведь не можете управлять погодой? Так и в жизни происходят вещи, на которые мы не можем повлиять: природные явления, смерть близких, уход любви.

Но если происходит подобное, единственное, что можем сделать в каждой ситуации – принять её. При землетрясении – выбежать из дома. При утрате близкого – оплакать его. После ухода любви – поверить в то, что в жизни будет еще много сюрпризов. Не верить в это можно лишь по одной причине – вы не можете контролировать будущее и боитесь довериться течению жизни.

Удар по эго

Очень часто смириться с потерей нам не дает наше эго. Мол, «Как он мог поступить так со МНОЙ»? Мы не допускаем даже мысли, что именно нами, нашими чувствами могут пренебречь. И снова бьемся лбом в одну и ту же стену, убеждая себя: «Нет, я всё-таки добьюсь! Он всё-таки оценит!»

И каков результат? Либо потраченное время, пролитые слезы и новые разочарования. Либо всё-таки отношения, только совсем не такие, как мечталось. Потому что мужчина может смириться, может вздохнуть и пойти на поводу… Но если этих отношениях хотел не он, то в них не будет ни страсти, ни огня, ни стараний. Оно вам нужно?

P.S. Не зная своего места в мире, не имея должной самооценки, не будучи в состоянии проститься с прошлым и довериться будущему, мы не можем отказаться от недостойных отношений и возвращаемся к ним снова и снова. И всё это – результат такой неожиданной причины, гордыни.

3 комментария

Filed under Общий поток, Полевые наблюдения

Коренной мудак

Это письмо прислала одна из читательниц блога. Я публикую его без изменений: надеюсь, оно будет кому-то полезно.

Прочла статью про «мудака-гастролера» и решила, что просто обязана поделиться с читательницами своим описанием его родного брата «коренного мудака».
Это высокий смуглый симпатичный молодой человек при помощи загадочной улыбки, страстного блеска в глазах и милого иностранного акцента способен очаровать любую красавицу. Обычно своих «жертв» он ищет на пляже и в барах южных курортов. Чаще всего ею становится девушка романтичная и ранимая, наивно верящая в «любовь с первого взгляда».
«Коренной мудак» будет сладко петь ей о такой любви и неустанно уверять, что именно это и происходит сейчас между ними, а он, как истинный Ромео, теперь сделает все от него зависящее и независящее, чтобы пара была вместе навсегда. Голова кружится, а сердце с замиранием подсказывает: «Вот, вот ОН, тот, кого я искала, именно ОН!»…
При этом вопросы о том, где пара будет жить,  и на какие деньги существовать, находят один ответ: «Что-нибудь придумаем. Я же мужчина и должен заботиться о тебе. А ты теперь – моя любимая женщина, и я не позволю чему-то плохому случиться с тобой».
О том, что у «любимой женщины» есть дома родители, с которыми ей будет больно расставаться, или интересная, приносящая удовольствие работа, может быть, даже ребенок мудак знает, но… «Ты же меня любишь? Значит, должна мне верить: так будет лучше для нас двоих». Ну и разве не должна она, как и Джульетта в свое время, чем-то жертвовать ради большой и настоящей любви?
И девушка решает, что кратковременная разлука с кем-то или чем-то любимым до встречи с НИМ стоит того, чтобы всю жизнь провести с человеком, которого искала всю жизнь. Другого такого ведь не встретишь! (и слава богу…)
Как только она покажет свою слабость и пойдет на первую уступку, ей будет все менее сложно уступать снова и снова, не замечая даже, что эта «любовь» не приносит ей никакого удовольствия, только страдания, а «вторая половинка» нагло врет и эксплуатирует, прикрывая истину горой комплиментов, облаками дурманящих взглядов и сладких объятий. Хотя и это скоро закончится.
Когда паук видит, что жертва полностью в его власти, он начинает юзать ее уж и вовсе бессовестно: стирка, готовка, секс в любое время, работа на «наш совместный» (в реале – его и только его) бизнес – это начало! Потом могут идти побои и угрозы, заточение и бесконечное психологическое насилие за то, что ослушалась, посмела возразить и вообще «не думал я, что ты ТАКАЯ!»
А бежать некуда – все мосты с прошлом когда-то погорели. Семья не приняла выбор девушки (а сели и приняла, то возвращаться обратно – стыдно), друзья давно плюнули на спасение ее души и отвернулись, навыки в любимой сфере деятельности устарели, да и девушка уже не та, что была раньше: розовые щечки опали, наивные голубые глазки потухли, сексуальные формы деформировались. Но внешность — это не самое страшное.
Страшнее, что за годы тонкого, постепенно нарастающего психологического (а часто также и физического) насилия девушка разучилась любить себя, перестала понимать, что хочется ей, и совершенно не знает, как жить дальше? Ведь долгие месяцы или даже годы «вторая половинка» на все эти вопросы отвечала за нее.
Хочется верить, что она все же найдет в себе силы уйти и начать жизнь заново. Ведь родители часто оказываются более понимающими, чем мы думаем, а настоящие друзья никогда не бросят. Да и искать применение своим талантам не обязательно в юридической фирме – можно и детей пойти учить, и цветы выращивать в саду. Тем более, что обычно такая травма серьезно меняет человека, и жизнь открывается с другой стороны, где есть настоящие радости, ценности и удовольствия.

Leave a Comment

Filed under Общий поток

О мудаках и чувстве вины

«То, что только любящий сочтет своей виной».

Важнейшее отличие мудака от нормального человека – паталогическая неспособность искренне признать свою вину. Он может сделать что угодно – подставить, унизить,  обмануть, предать и никогда при этом не почувствует и признает себя виноватым. А всё потому, что этой способностью обладают только те, кто способен поставить себя на место другого, допустить, что у него тоже есть чувства, эмоции, переживания… Черта, которой мудаки начисто лишены.

Эта неспособность доходит до такого абсурда, что впору выпускать брошюру: «Сама виновата», «Ты знала, на что идешь», «ты сама ко мне пришла», «поговорим, когда у тебя кончится ПМС», «это ты меня вынудила» и другие излюбленные фразы мудаков. Не так давно один знакомый, рассказывая мне о своем расставании с очередной девушкой, выдал: «Нет, ну а чего она ожидала? Раз согласилась на такие отношения?»

42362

При этом мудаки великолепно манипулируют чувством вины других. Они способны обвинить других в своих неудачах, плохом настроении, любых, даже самых пустяковых, неурядицах. Он может прийти домой, злой, потому что на него косо посмотрели в транспорте и выплеснет гнев на своих домашних, тех, кто больше других беззащитен перед ним. И в то же время мудак никогда не обвинит себя, пусть даже в реальных трагедиях.

Однажды я влюбилась в мудака. Чувствовала его настолько глубоко, что могла предугадать, хорошее или плохое у него сегодня настроение, даже не общаясь на прямую. Эта способность сыграла злую шутку: именно в то время, когда он (как я потом узнала) занимался сексом с другой, со мной случился сердечный приступ. Когда я сообщила ему об этом, услышала в ответ: «Ой, ну ты даешь… Не надо принимать всё так близко к сердцу».

Даже отставив эмоции на тему: «Как он мог так поступить со МНОЙ», перед глазами голые факты: человек едва не умер, переживая из-за тебя, потому что ты не удосужился быть с ним честным, а ты говоришь, что он сам в этом виноват! Напоминает одного упрямого подростка, который поскандалил с мамой и ушел гулять в ночь, не отвечая ни на её звонки, ни на звонки сестры и дедушки, а когда вернулся, оказалось, что мать умерла от инфаркта, переживая за своего глупого отпрыска. А ведь если бы он удосужился ответить хотя бы на один звонок, возможно, была бы жива.

1325

К сожалению, вернуть ощущение реальности мудаку может только подобное сильное потрясение. А лучше не одно, а несколько, каскадом следующих один за другим. Данный аспект отлично показан в мини-сериале «Возвращение домой». Герой, всю жизнь прожив мудаком, возвращается в родной город, где узнает, что из-за его юношеской глупости покончила с собой ни в чем неповинная девушка, еще один человек попал в тюрьму, а по-соседству сиротой подрастает его несовершеннолетний сын.

Вы скажете: «Это кино»? А я скажу что множество киноисторий взяты из жизни. И главный вопрос: стоит ли перерождение одного мудака в нормального человека искалеченных судеб нескольких людей? Или лучше просто распознавать их вовремя и не подпускать к своим судьбам, дабы они их по скудоумию и нехватке души не искалечили?

 

Leave a Comment

Filed under Общий поток

Что такое «страшная баба» и чем страшна её любовь

Бесподобная статья и о мудаках, и о жертвах, и о неврозах, и о том, как прошлые поколения сказываюся на настоящих. Спасибо психологу Людмиле Петрановской.

 

Травмы поколений

 

***
Живет себе семья. Молодая совсем, только поженились, ждут ребеночка. Или только родили. А может, даже двоих успели. Любят, счастливы, полны надежд. И тут случается катастрофа. Маховики истории сдвинулись с места и пошли перемалывать народ. Чаще всего первыми в жернова попадают мужчины. Революции, войны, репрессии – первый удар по ним.

И вот уже молодая мать осталась одна. Ее удел – постоянная тревога, непосильный труд (нужно и работать, и ребенка растить), никаких особых радостей. Похоронка, «десять лет без права переписки», или просто долгое отсутствие без вестей, такое, что надежда тает. Может быть, это и не про мужа, а про брата, отца, других близких. Каково состояние матери? Она вынуждена держать себя в руках, она не может толком отдаться горю. На ней ребенок (дети), и еще много всего. Изнутри раздирает боль, а выразить ее невозможно, плакать нельзя, «раскисать» нельзя. И она каменеет. Застывает в стоическом напряжении, отключает чувства, живет, стиснув зубы и собрав волю в кулак, делает все на автомате. Или, того хуже, погружается в скрытую депрессию, ходит, делает, что положено, хотя сама хочет только одного – лечь и умереть. Ее лицо представляет собой застывшую маску, ее руки тяжелы и не гнутся. Ей физически больно отвечать на улыбку ребенка, она минимизирует общение с ним, не отвечает на его лепет. Ребенок проснулся ночью, окликнул ее – а она глухо воет в подушку. Иногда прорывается гнев. Он подполз или подошел, теребит ее, хочет внимания и ласки, она когда может, отвечает через силу, но иногда вдруг как зарычит: «Да, отстань же», как оттолкнет, что он аж отлетит. Нет, она не него злится – на судьбу, на свою поломанную жизнь, на того, кто ушел и оставил и больше не поможет.

Только вот ребенок не знает всей подноготной происходящего. Ему не говорят, что случилось (особенно если он мал). Или он даже знает, но понять не может. Единственное объяснение, которое ему в принципе может прийти в голову: мама меня не любит, я ей мешаю, лучше бы меня не было. Его личность не может полноценно формироваться без постоянного эмоционального контакта с матерью, без обмена с ней взглядами, улыбками, звуками, ласками, без того, чтобы читать ее лицо, распознавать оттенки чувств в голосе. Это необходимо, заложено природой, это главная задача младенчества. А что делать, если у матери на лице депрессивная маска? Если ее голос однообразно тусклый от горя, или напряжено звенящий от тревоги?

Пока мать рвет жилы, чтобы ребенок элементарно выжил, не умер от голода или болезни, он растет себе, уже травмированный. Не уверенный, что его любят, не уверенный, что он нужен, с плохо развитой эмпатией. Даже интеллект нарушается в условиях депривации. Помните картину «Опять двойка»? Она написана в 51. Главному герою лет 11 на вид. Ребенок войны, травмированный больше, чем старшая сестра, захватившая первые годы нормальной семейной жизни, и младший брат, любимое дитя послевоенной радости – отец живой вернулся. На стене – трофейные часы. А мальчику трудно учиться.

Конечно, у всех все по-разному. Запас душевных сил у разных женщин разный. Острота горя разная. Характер разный. Хорошо, если у матери есть источники поддержки – семья, друзья, старшие дети. А если нет? Если семья оказалась в изоляции, как «враги народа», или в эвакуации в незнакомом месте? Тут или умирай, или каменей, а как еще выжить?

Идут годы, очень трудные годы, и женщина научается жить без мужа. «Я и лошадь, я и бык, я и баба, и мужик». Конь в юбке. Баба с яйцами. Назовите как хотите, суть одна. Это человек, который нес-нес непосильную ношу, да и привык. Адаптировался. И по-другому уже просто не умеет. Многие помнят, наверное, бабушек, которые просто физически не могли сидеть без дела. Уже старенькие совсем, все хлопотали, все таскали сумки, все пытались рубить дрова. Это стало способом справляться с жизнью. Кстати, многие из них стали настолько стальными – да, вот такая вот звукопись – что прожили очень долго, их и болезни не брали, и старость. И сейчас еще живы, дай им Бог здоровья.

В самом крайнем своем выражении, при самом ужасном стечении событий, такая женщина превращалась в монстра, способного убить своей заботой. И продолжала быть железной, даже если уже не было такой необходимости, даже если потом снова жила с мужем, и детям ничего не угрожало. Словно зарок выполняла.
Ярчайший образ описан в книге Павла Санаева «Похороните меня за плинтусом».
А вот что пишет о «Страшной бабе» Екатерина Михайлова («Я у себя одна» книжка называется): «Тусклые волосы, сжатый в ниточку рот…, чугунный шаг… Скупая, подозрительная, беспощадная, бесчувственная. Она всегда готова попрекнуть куском или отвесить оплеуху: «Не напасешься на вас, паразитов. Ешь, давай!»…. Ни капли молока не выжать из ее сосцов, вся она сухая и жесткая…» Там еще много очень точного сказано, и если кто не читал эти две книги, то надо обязательно.

Самое страшное в этой патологически измененной женщине – не грубость, и не властность. Самое страшное – любовь. Когда, читая Санаева, понимаешь, что это повесть о любви, о такой вот изуродованной любви, вот когда мороз-то продирает. У меня была подружка в детстве, поздний ребенок матери, подростком пережившей блокаду. Она рассказывала, как ее кормили, зажав голову между голенями и вливая в рот бульон. Потому что ребенок больше не хотел и не мог, а мать и бабушка считали, что надо. Их так пережитый голод изнутри грыз, что плач живой девочки, родной, любимой, голос этого голода перекрыть не мог.

А другую мою подружку мама брала с собой, когда делала подпольные аборты. И она показывала маленькой дочке полный крови унитаз со словами: вот, смотри, мужики-то, что они с нами делают. Вот она, женская наша доля. Хотела ли она травмировать дочь? Нет, только уберечь. Это была любовь.

А самое ужасное – что черты «Страшной бабы» носит вся наша система защиты детей до сих пор. Медицина, школа, органы опеки. Главное – чтобы ребенок был «в порядке». Чтобы тело было в безопасности. Душа, чувства, привязанности – не до этого. Спасти любой ценой. Накормить и вылечить. Очень-очень медленно это выветривается, а нам-то в детстве по полной досталось, няньку, которая половой тряпкой по лицу била, кто не спал днем, очень хорошо помню.

Но оставим в стороне крайние случаи. Просто женщина, просто мама. Просто горе. Просто ребенок, выросший с подозрением, что не нужен и нелюбим, хотя это неправда и ради него только и выжила мама и вытерпела все. И он растет, стараясь заслужить любовь, раз она ему не положена даром. Помогает. Ничего не требует. Сам собой занят. За младшими смотрит. Добивается успехов. Очень старается быть полезным. Только полезных любят. Только удобных и правильных. Тех, кто и уроки сам сделает, и пол в доме помоет, и младших уложит, ужин к приходу матери приготовит. Слышали, наверное, не раз такого рода рассказы про послевоенное детство? «Нам в голову прийти не могло так с матерью разговаривать!» — это о современной молодежи. Еще бы. Еще бы. Во-первых, у железной женщины и рука тяжелая. А во-вторых — кто ж будет рисковать крохами тепла и близости? Это роскошь, знаете ли, родителям грубить.

Травма пошла на следующий виток.
***
Настанет время, и сам этот ребенок создаст семью, родит детей. Годах примерно так в 60-х. Кто-то так был «прокатан» железной матерью, что оказывался способен лишь воспроизводить ее стиль поведения. Надо еще не забывать, что матерей-то многие дети не очень сильно и видели, в два месяца – ясли, потом пятидневка, все лето – с садом на даче и т.д. То есть «прокатывала» не только семья, но и учреждения, в которых «Страшных баб» завсегда хватало.

Но рассмотрим вариант более благополучный. Ребенок был травмирован горем матери, но вовсе душу ему не отморозило. А тут вообще мир и оттепель, и в космос полетели, и так хочется жить, и любить, и быть любимым. Впервые взяв на руки собственного, маленького и теплого ребенка, молодая мама вдруг понимает: вот он. Вот тот, кто наконец-то полюбит ее по-настоящему, кому она действительно нужна. С этого момента ее жизнь обретает новый смысл. Она живет ради детей. Или ради одного ребенка, которого она любит так страстно, что и помыслить не может разделить эту любовь еще на кого-то. Она ссорится с собственной матерью, которая пытается отстегать внука крапивой – так нельзя. Она обнимает и целует свое дитя, и спит с ним вместе, и не надышится на него, и только сейчас, задним числом осознает, как многого она сама была лишена в детстве. Она поглощена этим новым чувством полностью, все ее надежды, чаяния – все в этом ребенке. Она «живет его жизнью», его чувствами, интересами, тревогами. У них нет секретов друг о друга. С ним ей лучше, чем с кем бы то ни было другим.

И только одно плохо – он растет. Стремительно растет, и что же потом? Неужто снова одиночество? Неужто снова – пустая постель? Психоаналитики тут бы много чего сказали, про перемещенный эротизм и все такое, но мне сдается, что нет тут никакого эротизма особого. Лишь ребенок, который натерпелся одиноких ночей и больше не хочет. Настолько сильно не хочет, что у него разум отшибает. «Я не могу уснуть, пока ты не придешь». Мне кажется, у нас в 60-70-е эту фразу чаще говорили мамы детям, а не наоборот.

Что происходит с ребенком? Он не может не откликнуться на страстный запрос его матери о любви. Это вывшее его сил. Он счастливо сливается с ней, он заботится, он боится за ее здоровье. Самое ужасное – когда мама плачет, или когда у нее болит сердце. Только не это. «Хорошо, я останусь, мама. Конечно, мама, мне совсем не хочется на эти танцы». Но на самом деле хочется, ведь там любовь, самостоятельная жизнь, свобода, и обычно ребенок все-таки рвет связь, рвет больно, жестко, с кровью, потому что добровольно никто не отпустит. И уходит, унося с собой вину, а матери оставляя обиду. Ведь она «всю жизнь отдала, ночей не спала». Она вложила всю себя, без остатка, а теперь предъявляет вексель, а ребенок не желает платить. Где справедливость? Тут и наследство «железной» женщины пригождается, в ход идут скандалы, угрозы, давление. Как ни странно, это не худший вариант. Насилие порождает отпор и позволяет-таки отделиться, хоть и понеся потери.

Некоторые ведут свою роль так искусно, что ребенок просто не в силах уйти. Зависимость, вина, страх за здоровье матери привязывают тысячами прочнейших нитей, про это есть пьеса Птушкиной «Пока она умирала», по которой гораздо более легкий фильм снят, там Васильева маму играет, а Янковский – претендента на дочь. Каждый Новый год показывают, наверное, видели все. А лучший – с точки зрения матери – вариант, если дочь все же сходит ненадолго замуж и останется с ребенком. И тогда сладкое единение можно перенести на внука и длить дальше, и, если повезет, хватит до самой смерти.

И часто хватает, поскольку это поколение женщин гораздо менее здорово, они часто умирают намного раньше, чем их матери, прошедшие войну. Потому что стальной брони нет, а удары обиды разрушают сердце, ослабляют защиту от самых страшных болезней. Часто свои неполадки со здоровьем начинают использовать как неосознанную манипуляцию, а потом трудно не заиграться, и вдруг все оказывается по настоящему плохо. При этом сами они выросли без материнской внимательной нежной заботы, а значит, заботиться о себе не привыкли и не умеют, не лечатся, не умеют себя баловать, да, по большому счету, не считают себя такой уж большой ценностью, особенно если заболели и стали «бесполезны».

Но что-то мы все о женщинах, а где же мужчины? Где отцы? От кого-то же надо было детей родить?

С этим сложно. Девочка и мальчик, выросшие без отцов, создают семью. Они оба голодны на любовь и заботу. Она оба надеются получить их от партнера. Но единственная модель семьи, известная им – самодостаточная «баба с яйцами», которой, по большому счету, мужик не нужен. То есть классно, если есть, она его любит и все такое. Но по-настоящему он ни к чему, не пришей кобыле хвост, розочка на торте. «Посиди, дорогой, в сторонке, футбол посмотри, а то мешаешь полы мыть. Не играй с ребенком, ты его разгуливаешь, потом не уснет. Не трогай, ты все испортишь. Отойди, я сама» И все в таком духе. А мальчики-то тоже мамами выращены. Слушаться привыкли. Психоаналитики бы отметили еще, что с отцом за маму не конкурировали и потому мужчинами себя не почувствовали. Ну, и чисто физически в том же доме нередко присутствовала мать жены или мужа, а то и обе. А куда деваться? Поди тут побудь мужчиной…

Некоторые мужчины находили выход, становясь «второй мамой». А то и единственной, потому что сама мама-то, как мы помним, «с яйцами» и железом погромыхивает. В самом хорошем варианте получалось что-то вроде папы дяди Федора: мягкий, заботливый, чуткий, все разрешающий. В промежуточном – трудоголик, который просто сбегал на работу от всего от этого. В плохом — алкоголик. Потому что мужчине, который даром не нужен своей женщине, который все время слышит только «отойди, не мешай», а через запятую «что ты за отец, ты совершенно не занимаешься детьми» (читай «не занимаешься так, как Я считаю нужным»), остается или поменять женщину – а на кого, если все вокруг примерно такие? – или уйти в забытье.

С другой стороны, сам мужчина не имеет никакой внятной модели ответственного отцовства. На их глазах или в рассказах старших множество отцов просто встали однажды утром и ушли – и больше не вернулись. Вот так вот просто. И ничего, нормально. Поэтому многие мужчины считали совершенно естественным, что, уходя из семьи, они переставали иметь к ней отношение, не общались с детьми, не помогали. Искренне считали, что ничего не должны «этой истеричке», которая осталась с их ребенком, и на каком-то глубинном уровне, может, были и правы, потому что нередко женщины просто юзали их, как осеменителей, и дети были им нужнее, чем мужики. Так что еще вопрос, кто кому должен. Обида, которую чувствовал мужчина, позволяла легко договориться с совестью и забить, а если этого не хватало, так вот ведь водка всюду продается.

Ох, эти разводы семидесятых — болезненные, жестокие, с запретом видеться с детьми, с разрывом всех отношений, с оскорблениями и обвинениями. Мучительное разочарование двух недолюбленных детей, которые так хотели любви и счастья, столько надежд возлагали друг на друга, а он/она – обманул/а, все не так, сволочь, сука, мразь… Они не умели налаживать в семье круговорот любви, каждый был голоден и хотел получать, или хотел только отдавать, но за это – власти. Они страшно боялись одиночества, но именно к нему шли, просто потому, что, кроме одиночества никогда ничего не видели.

В результате – обиды, душевные раны, еще больше разрушенное здоровье, женщины еще больше зацикливаются на детях, мужчины еще больше пьют.

У мужчин на все это накладывалась идентификация с погибшими и исчезнувшими отцами. Потому что мальчику надо, жизненно необходимо походить на отца. А что делать, если единственное, что о нем известно – что он погиб? Был очень смелым, дрался с врагами – и погиб? Или того хуже – известно только, что умер? И о нем в доме не говорят, потому что он пропал без вести, или был репрессирован? Сгинул – вот и вся информация? Что остается молодому парню, кроме суицидального поведения? Выпивка, драки, сигареты по три пачки в день, гонки на мотоциклах, работа до инфаркта. Мой отец был в молодости монтажник-высотник. Любимая фишка была – работать на высоте без страховки. Ну, и все остальное тоже, выпивка, курение, язва. Развод, конечно, и не один. В 50 лет инфаркт и смерть. Его отец пропал без вести, ушел на фронт еще до рождения сына. Неизвестно ничего, кроме имени, ни одной фотографии, ничего.

Вот в таком примерно антураже растут детки, третье уже поколение.
В моем классе больше, чем у половины детей родители были в разводе, а из тех, кто жил вместе, может быть, только в двух или трех семьях было похоже на супружеское счастье. Помню, как моя институтская подруга рассказывала, что ее родители в обнимку смотрят телевизор и целуются при этом. Ей было 18, родили ее рано, то есть родителям было 36-37. Мы все были изумлены. Ненормальные, что ли? Так не бывает!

Естественно, соответствующий набор слоганов: «Все мужики – сволочи», «Все бабы – суки», «Хорошее дело браком не назовут». А что, жизнь подтверждала. Куда ни глянь…

Но случилось и хорошее. В конце 60-х матери получили возможность сидеть с детьми до года. Они больше не считались при этом тунеядками. Вот кому бы памятник поставить, так автору этого нововведения. Не знаю только, кто он. Конечно, в год все равно приходилось отдавать, и это травмировало, но это уже несопоставимо, и об этой травме в следующий раз. А так-то дети счастливо миновали самую страшную угрозу депривации, самую калечащую – до года. Ну, и обычно народ крутился еще потом, то мама отпуск возьмет, то бабушки по очереди, еще выигрывали чуток. Такая вот игра постоянная была – семья против «подступающей ночи», против «Страшной бабы», против железной пятки Родины-матери. Такие кошки-мышки.

А еще случилось хорошее – отдельно жилье стало появляться. Хрущобы пресловутые. Тоже поставим когда-нибудь памятник этим хлипким бетонным стеночкам, которые огромную роль выполнили – прикрыли наконец семью от всевидящего ока государства и общества. Хоть и слышно было все сквозь них, а все ж какая-никакая – автономия. Граница. Защита. Берлога. Шанс на восстановление.

Третье поколение начинает свою взрослую жизнь со своим набором травм, но и со своим довольно большим ресурсом. Нас любили. Пусть не так, как велят психологи, но искренне и много. У нас были отцы. Пусть пьющие и/или «подкаблучники» и/или «бросившие мать козлы» в большинстве, но у них было имя, лицо и они нас тоже по своему любили. Наши родители не были жестоки. У нас был дом, родные стены.

Не у все все одинаково, конечно, были семье более и менее счастливые и благополучные.
Но в общем и целом.

Короче, с нас причитается.

***
Итак, третье поколение. Не буду здесь жестко привязываться к годам рождения, потому что кого-то родили в 18, кого-то – в 34, чем дальше, тем больше размываются отчетливые «берега» потока. Здесь важна передача сценария, а возраст может быть от 50 до 30. Короче, внуки военного поколения, дети детей войны.

«С нас причитается» — это, в общем, девиз третьего поколения. Поколения детей, вынужденно ставших родителями собственных родителей. В психологии такое называется «парентификация».

А что было делать? Недолюбленные дети войны распространяли вокруг столь мощные флюиды беспомощности, что не откликнуться было невозможно. Поэтому дети третьего поколения были не о годам самостоятельны и чувствовали постоянную ответственность за родителей. Детство с ключом на шее, с первого класса самостоятельно в школу – в музыкалку – в магазин, если через пустырь или гаражи – тоже ничего. Уроки сами, суп разогреть сами, мы умеем. Главное, чтобы мама не расстраивалась. Очень показательны воспоминания о детстве: «Я ничего у родителей не просила, всегда понимала, что денег мало, старалась как-то зашить, обойтись», «Я один раз очень сильно ударился головой в школе, было плохо, тошнило, но маме не сказал – боялся расстроить. Видимо, было сотрясение, и последствия есть до сих пор», «Ко мне сосед приставал, лапать пытался, то свое хозяйство показывал. Но я маме не говорила, боялась, что ей плохо с сердцем станет», «Я очень по отцу тосковал, даже плакал потихоньку. Но маме говорил, что мне хорошо и он мне совсем не нужен. Она очень зилась на него после развода». У Дины Рубинной есть такой рассказ пронзительный «Терновник». Классика: разведенная мама, шестилетний сын, самоотверженно изображающий равнодушие к отцу, которого страстно любит. Вдвоем с мамой, свернувшись калачиком, в своей маленькой берлоге против чужого зимнего мира. И это все вполне благополучные семьи, бывало и так, что дети искали пьяных отцов по канавам и на себе притаскивали домой, а мамочку из петли вытаскивали собственными руками или таблетки от нее прятали. Лет эдак в восемь.

А еще разводы, как мы помним, или жизнь в стиле кошка с собакой» (ради детей, конечно). И дети-посредники, миротворцы, которые душу готовы продать, чтобы помирить родителей, чтобы склеить снова семейное хрупкое благополучие. Не жаловаться, не обострять, не отсвечивать, а то папа рассердится, а мама заплачет, и скажет, что «лучше бы ей сдохнуть, чем так жить», а это очень страшно. Научиться предвидеть, сглаживать углы, разряжать обстановку. Быть всегда бдительным, присматривать за семьей. Ибо больше некому.

Символом поколения можно считать мальчика дядю Федора из смешного мультика. Смешной-то смешной, да не очень. Мальчик-то из всей семьи самый взрослый. А он еще и в школу не ходит, значит, семи нет. Уехал в деревню, живет там сам, но о родителях волнуется. Они только в обморок падают, капли сердечные пьют и руками беспомощно разводят.

Или помните мальчика Рому из фильма«Вам и не снилось»? Ему 16, и он единственный взрослый из всех героев фильма. Его родители – типичные «дети войны», родители девочки – «вечные подростки», учительница, бабушка… Этих утешить, тут поддержать, тех помирить, там помочь, здесь слезы вытереть. И все это на фоне причитаний взрослых, мол, рано еще для любви. Ага, а их всех нянчить – в самый раз.

Так все детство. А когда настала пора вырасти и оставить дом – муки невозможной сепарации, и вина, вина, вина, пополам со злостью, и выбор очень веселый: отделись – и это убьет мамочку, или останься и умри как личность сам.

Впрочем, если ты останешься, тебе все время будут говорить, что нужно устраивать собственную жизнь, и что ты все делаешь не так, нехорошо и неправильно, иначе уже давно была бы своя семья. При появлении любого кандидата он, естественно, оказывался бы никуда не годным, и против него начиналась бы долгая подспудная война до победного конца. Про это все столько есть фильмов и книг, что даже перечислять не буду.

Интересно, что при все при этом и сами они, и их родители воспринимали свое детство как вполне хорошее. В самом деле: дети любимые, родители живы, жизнь вполне благополучная. Впервые за долгие годы – счастливое детство без голода, эпидемий, войны и всего такого.

Ну, почти счастливое. Потому что еще были детский сад, часто с пятидневкой, и школа, и лагеря и прочие прелести советского детства, которые были кому в масть, а кому и не очень. И насилия там было немало, и унижений, а родители-то беспомощные, защитить не могли. Или даже на самом деле могли бы, но дети к ним не обращались, берегли. Я вот ни разу маме не рассказывала, что детском саду тряпкой по морде бьют и перловку через рвотные спазмы в рот пихают. Хотя теперь, задним числом, понимаю, что она бы, пожалуй, этот сад разнесла бы по камешку. Но тогда мне казалось – нельзя.

Это вечная проблема – ребенок некритичен, он не может здраво оценить реальное положение дел. Он все всегда принимает на свой счет и сильно преувеличивает. И всегда готов принести себя в жертву. Так же, как дети войны приняли обычные усталость и горе за нелюбовь, так же их дети принимали некоторую невзрослость пап и мам за полную уязвимость и беспомощность. Хотя не было этого в большинстве случаев, и вполне могли родители за детей постоять, и не рассыпались бы, не умерили от сердечного приступа. И соседа бы укоротили, и няньку, и купили бы что надо, и разрешили с папой видеться. Но – дети боялись. Преувеличивали, перестраховывались. Иногда потом, когда все раскрывалось, родители в ужасе спрашивали: «Ну, почему ты мне сказал? Да я бы, конечно…» Нет ответа. Потому что – нельзя. Так чувствовалось, и все.

Третье поколение стало поколением тревоги, вины, гиперответственности. У всего этого были свои плюсы, именно эти люди сейчас успешны в самых разных областях, именно они умеют договариваться и учитывать разные точки зрения. Предвидеть, быть бдительными, принимать решения самостоятельно, не ждать помощи извне – сильные стороны. Беречь, заботиться, опекать.

Но есть у гиперотвественности, как у всякого «гипер» и другая сторона. Если внутреннему ребенку военных детей не хватало любви и безопасности, то внутреннему ребенку «поколения дяди Федора» не хватало детскости, беззаботности. А внутренний ребенок – он свое возьмет по-любому, он такой. Ну и берет. Именно у людей этого поколения часто наблюдается такая штука, как «агрессивно-пассивное поведение». Это значит, что в ситуации «надо, но не хочется» человек не протестует открыто: «не хочу и не буду!», но и не смиряется «ну, надо, так надо». Он всякими разными, порой весьма изобретательными способами, устраивает саботаж. Забывает, откладывает на потом, не успевает, обещает и не делает, опаздывает везде и всюду и т. п. Ох, начальники от этого воют прямо: ну, такой хороший специалист, профи, умница, талант, но такой неорганизованный…

Часто люди этого поколения отмечают у себя чувство, что они старше окружающих, даже пожилых людей. И при этом сами не ощущают себя «вполне взрослыми», нет «чувства зрелости». Молодость как-то прыжком переходит в пожилой возраст. И обратно, иногда по нескольку раз в день.

Еще заметно сказываются последствия «слияния» с родителями, всего этого «жить жизнью ребенка». Многие вспоминают, что в детстве родители и/или бабушки не терпели закрытых дверей: «Ты что, что-то скрываешь?». А врезать в свою дверь защелку было равносильно «плевку в лицо матери». Ну, о том, что нормально проверить карманы, стол, портфель и прочитать личный дневник… Редко какие родители считали это неприемлемым. Про сад и школу вообще молчу, одни туалеты чего стоили, какие нафиг границы… В результате дети, выросший в ситуации постоянного нарушения границ, потом блюдут эти границы сверхревностно. Редко ходят в гости и редко приглашают к себе. Напрягает ночевка в гостях (хотя раньше это было обычным делом). Не знают соседей и не хотят знать – а вдруг те начнут в друзья набиваться? Мучительно переносят любое вынужденное соседство (например, в купе, в номере гостиницы), потому что не знают, не умеют ставить границы легко и естественно, получая при этом удовольствие от общения, и ставят «противотанковые ежи» на дальних подступах.

А что с семьей? Большинство и сейчас еще в сложных отношения со своими родителями (или их памятью), у многих не получилось с прочным браком, или получилось не с первой попытки, а только после отделения (внутреннего) от родителей.

Конечно, полученные и усвоенный в детстве установки про то, что мужики только и ждут, чтобы «поматросить и бросить», а бабы только и стремятся, что «подмять под себя», счастью в личной жизни не способствуют. Но появилась способность «выяснять отношения», слышать друг друга, договариваться. Разводы стали чаще, поскольку перестали восприниматься как катастрофа и крушение всей жизни, но они обычно менее кровавые, все чаще разведенные супруги могут потом вполне конструктивно общаться и вместе заниматься детьми.

Часто первый ребенок появлялся в быстротечном «осеменительском» браке, воспроизводилась родительская модель. Потом ребенок отдавался полностью или частично бабушке в виде «откупа», а мама получала шанс таки отделиться и начать жить своей жизнью. Кроме идеи утешить бабушку, здесь еще играет роль многократно слышанное в детстве «я на тебя жизнь положила». То есть люди выросли с установкой, что растить ребенка, даже одного – это нечто нереально сложное и героическое. Часто приходится слышать воспоминания, как тяжело было с первенцем. Даже у тех, кто родил уже в эпоху памперсов, питания в баночках, стиральных машин-автоматов и прочих прибамбасов. Не говоря уже о центральном отоплении, горячей воде и прочих благах цивилизации. «Я первое лето провела с ребенком на даче, муж приезжал только на выходные. Как же было тяжело! Я просто плакала от усталости» Дача с удобствами, ни кур, ни коровы, ни огорода, ребенок вполне здоровый, муж на машине привозит продукты и памперсы. Но как же тяжело!

А как же не тяжело, если известны заранее условия задачи: «жизнь положить, ночей не спать, здоровье угробить». Тут уж хочешь — не хочешь… Эта установка заставляет ребенка бояться и избегать. В результате мама, даже сидя с ребенком, почти с ним не общается и он откровенно тоскует. Нанимаются няни, они меняются, когда ребенок начинает к ним привязываться – ревность! – и вот уже мы получаем новый круг – депривированого, недолюбленного ребенка, чем-то очень похожего на того, военного, только войны никакой нет. Призовой забег. Посмотрите на детей в каком-нибудь дорогом пансионе полного содержания. Тики, энурез, вспышки агрессии, истерики, манипуляции. Детдом, только с английским и теннисом. А у кого нет денег на пансион, тех на детской площадке в спальном районе можно увидеть. «Куда полез, идиот, сейчас получишь, я потом стирать должна, да?» Ну, и так далее, «сил моих на тебя нет, глаза б мои тебя не видели», с неподдельной ненавистью в голосе. Почему ненависть? Так он же палач! Он же пришел, чтобы забрать жизнь, здоровье, молодость, так сама мама сказала!

Другой вариант сценария разворачивает, когда берет верх еще одна коварная установка гиперответственных: все должно быть ПРАВИЛЬНО! Наилучшим образом! И это – отдельная песня. Рано освоившие родительскую роль «дяди Федоры» часто бывают помешаны на сознательном родительстве. Господи, если они осилили в свое время родительскую роль по отношению к собственным папе с мамой, неужели своих детей не смогут воспитать по высшему разряду? Сбалансированное питание, гимнастика для грудничков, развивающие занятия с года, английский с трех. Литература для родителей, читаем, думаем, пробуем. Быть последовательными, находить общий язык, не выходить из себя, все объяснять, ЗАНИМАТЬСЯ РЕБЕНКОМ.

И вечная тревога, привычная с детства – а вдруг что не так? А вдруг что-то не учли? а если можно было и лучше? И почему мне не хватает терпения? И что ж я за мать (отец)?

В общем, если поколение детей войны жило в уверенности, что они – прекрасные родители, каких поискать, и у их детей счастливое детство, то поколение гиперответственных почти поголовно поражено «родительским неврозом». Они (мы) уверены, что они чего-то не учли, не доделали, мало «занимались ребенком (еще и работать посмели, и карьеру строить, матери-ехидны), они (мы) тотально не уверенны в себе как в родителях, всегда недовольны школой, врачами, обществом, всегда хотят для своих детей больше и лучше.

Несколько дней назад мне звонила знакомая – из Канады! – с тревожным вопросом: дочка в 4 года не читает, что делать? Эти тревожные глаза мам при встрече с учительницей – у моего не получаются столбики! «А-а-а, мы все умрем!», как любит говорить мой сын, представитель следующего, пофигистичного, поколения. И он еще не самый яркий, так как его спасла непроходимая лень родителей и то, что мне попалась в свое время книжка Никитиных, где говорилось прямым текстом: мамашки, не парьтесь, делайте как вам приятно и удобно и все с дитем будет хорошо. Там еще много всякого говорилось, что надо в специальные кубики играть и всяко развивать, но это я благополучно пропустила 🙂 Оно само развилось до вполне приличных масштабов.

К сожалению, у многих с ленью оказалось слабовато. И родительствовали они со страшной силой и по полной программе. Результат невеселый, сейчас вал обращений с текстом «Он ничего не хочет. Лежит на диване, не работает и не учится. Сидит, уставившись в компьютер. Ни за что не желает отвечать. На все попытки поговорить огрызается.». А чего ему хотеть, если за него уже все отхотели? За что ему отвечать, если рядом родители, которых хлебом не корми – дай поотвечать за кого-нибудь? Хорошо, если просто лежит на диване, а не наркотики принимает. Не покормить недельку, так, может, встанет. Если уже принимает – все хуже.

Но это поколение еще только входит в жизнь, не будем пока на него ярлыки вешать. Жизнь покажет.

Чем дальше, чем больше размываются «берега», множатся, дробятся, причудливо преломляются последствия пережитого. Думаю, к четвертому поколению уже гораздо важнее конкретный семейный контекст, чем глобальная прошлая травма. Но нельзя не видеть, что многое из сегодняшнего дня все же растет из прошлого.

Leave a Comment

Filed under Общий поток

Первый и единственный

Вера очень похудела. Её когда-то округлые плечи сейчас торчали острыми колышками, а щеки глубоко запали. Последние полгода девушка напоминала побитую собаку с больными от боли глазами.

— Он не захотел с презервативом. Сказал: «Ощущения не те». А я побоялась его разозлить или расстроить, поэтому согласилась.

Она любила и ждала его четыре года. Наблюдала, как он менял девушек, работу: «Потому что там его недостаточно ценили» и… игнорировал её. Всё это время вокруг довольно-таки симпатичной Веры кружились кавалеры, но девушка в упор не замечала их, мечтая только о нем. Чтобы хоть как-то быть рядом, она решила стать ему хорошей подругой: помогала с учебой, выслушивала жалобы на жизнь, поддерживала морально и приезжала готовить супчики, когда он заболевал… Иногда даже убиралась в его квартире, пока он приходил в себя после веселой вечеринки накануне.

— А  он что-то делал для тебя как друг?

Девушка скукожилась на диванчике и протянула:

— Однажды помог дотащить тяжелую сумку с поезда. И как-то согласился разыграть перед назойливым поклонником ревнивого парня…

— А когда ты болела? – Марина хорошо помнила, как однажды подруга повредила ногу и две недели пролежала в гипсе.

— В тот раз он не приехал, отшутился: «Знаю я вас, девушек. Пользуясь тем, что ты больная, будешь заставлять меня делать всякую ерунду». Но на самом деле был очень занят: готовился к сессии и просто не смог выбраться.

В один прекрасный день он, наконец, заметил Веру. На одной из вечеринок парень вдруг понял, что его подруга очень даже симпатична. К тому же явно неравнодушна к нему. Пригласил на танец, угостил коктейлем. Несколько комплиментов довершили дело и уже через час они вместе поехали к нему. Но его удивлению не было предела, когда Вера оказалась девственной.

— Он посмотрел на меня, как на больную. А потом сказал, что презерватив нам не нужен. Я всё равно чистая.

Через несколько дней Вера ему написала. Она успокаивала себя: «Мы же друзья. Ничего страшного, если я напишу ему первой. Зато узнаю, как у него дела. А то уже трое суток ничего не слышно. В конце концов, мы в двадцать первом веке живем. Женщины уже давно берут инициативу в свои руки».

Ответ её огорошил. Он попросил не отвлекать его: нужно зарекомендовать себя на новой работе. К тому же сейчас у него ну просто совершенно нет времени – занят поисками девушки. Наконец ему захотелось серьезных отношений, и все свободные часы он тратит на поиски достойной.

Как ни странно, старания не увенчались успехом, и примерно через месяц парень снова позвонил. А Вера не нашла в себе сил отказать и поначалу даже была этому рада. Но уже через день у девушки начался сильный зуд, появились неприятные выделения. Анализы подтвердили: молочница.

— А ведь когда узнала, меня мучила только одна мысль: «Нужно срочно предупредить его. Чтобы он еще кого-то не заразил. Он ведь в активном поиске, встречается с девушками… Сам-то может и не болеть, но заразу переносит».

Её благие намерения не оправдались. Вместо того, чтобы поблагодарить за честность, парень взорвался:

— Ты что, спятила? Сама меня чем-то заразила и ещё и обвиняешь?

— Но у меня кроме тебя никого не было! А мы без презерватива…

— А откуда мне знать? Может, тебе в первый раз так понравилось, что ты решила срочно наверстать упущенное за годы девственности! А я – здоров! Абсолютно!

Вера не нашла слов. Она просто ушла, опустив голову. Лечение затянулось: кроме обыкновенной молочницы врачи обнаружили еще целый букет неприятных заболеваний, но сообщить о них парню девушка уже не рискнула. Почти месяц она провела в больнице, пытаясь справиться не только с болезнью, но и с депрессией. Затем еще полгода худела на глазах и никак не могла взять себя в руки.

— А ведь он всё равно хороший. Просто запутался. Я же наблюдала за ним четыре года и точно знаю, он – неплохой человек… Ничего, нагуляется и вернется. А я буду ждать.

Leave a Comment

Filed under Отрывки книги

Когда вам звонит бывший

Не знаю, как вы, а я в этот миг явственно ощущаю две различные эмоции: удивление «Что это вдруг ему понадобилось» и удовлетворение «Вспомнил-таки». Хотя, наверное, эмоции тут как раз и не важны, куда важнее понять: зачем же он звонит?

К сожалению, в большинстве случаев бывший просто хочет доказать себе, что всё еще держит вас на крючке. Самый простой и очевидный способ, конечно, при помощи секса. Более грубые и прямолинейные экзампляры после некоторого общения и обмена воспоминаниями могут напрямую предложить «невинное»: «Давай я возьму бутылочку вина и приду к тебе в гости. Посидим, пообщаемся». Притом, даже если вы позволите, он придет и этот самый секс состоится – еще вовсе не факт, что отношения возобновились. Это так, в память о былом, не чужие же люди.

images.12jpg

Более тонкие и изощренные особи гонятся не столько за физической близостью, сколько за ощущением: «держу её эмоционально». Особенно эффективен такой подход, если пара рассталась как-то резко, с чувством психологической недосказанности. Один мой знакомый провернул подобное со своей бывшей: позвонил ей, будто между прочим, начал расспрашивать о жизни. Она же так обрадовалась, что в тот же вечер они уже пили кофе у неё дома.

Кстати, расстались они совсем неожиданно, в один день, когда у неё в очередной раз сдали нервы и бедная барышня устроила ему скандал с выяснениями кто же они друг для друга: парень и девушка или друзья. И парень, измученный её придирками ответил «Друзья». Тогда ей удалось взять себя в руки и не звонить ему больше, а он и вовсе о ней позабыл. И вдруг неожиданно вспомнил.

И всё бы ладно, только вот с того момента девушке сорвало крышу (еще бы, столько времени копить эмоции, но держать себя в руках, чтобы не упасть лицом в грязь): она начала сама звонить ему, писать, звать на прогулки и даже напрашиваться в гости поздно вечером, опьяненная ощущением, что может вернуть прошлое. Он же не отказывался от подобных её посещений, но каждый раз спокойно отправлял домой после полуночи. И девушка уходила, полна непонимания, что же происходит: так вместе они снова или нет?

Грабли

 

Иногда, звоня ему, она слышала женский смех. Иногда он не брал трубку. А иногда, даже сидя у него в гостях, даже после полуночи слышала, как он общался по телефону с другой девушкой. И, вроде бы, всё очевидно, но девушка всё-таки упрямо звонила первая (в то время, как он был не слишком инициативен) и приходила снова, пока в истерическом порыве не спросила прямо: «Кто мы друг другу» и не услышала как дежавю прошлого: «Ну как кто? Друзья».

Даже если бывший приглашает вас сходить в кино или кафе, на каток, покататься на лошади и многое другое – это еще ровным счетом НИЧЕГО не значит. Возможно, ему просто приятно с вами общаться и упиваться ощущением, что вы снова уделяете ему время, ведь он такой распрекрасный.

Рассматриваю ли я вариант, что бывший может захотеть возобновления отношений? Да. Но тогда он довольно быстро об этом объявит. Потому что уже знает, каково это – иметь с вами дело. Знает не только ваше тело, но и характер: как вы ведете себя в отношениях, ваши сильные и слабые стороны, вкусы, принципы и многое другое и ГОТОВ и ЖЕЛАЕТ снова с ними столкнуться.

Если вам звонит бывший, вспомните, из-за чего вы расстались. Поймите, насколько та причина важна для вас сейчас. Попытайтесь понять, чего он от вас хочет: услугу, потешить своё самолюбие, дружеский секс или, всё-таки снова быть вместе. И, самое важное: если вы всё-таки встретитесь (хорошенько подумайте, нужно ли это вам), обратите внимание, исчезла ли причина вашего разрыва в прошлом. Если нет – смело уходите, потому что в одну и ту же реку дважды не войдешь, а вот на одни и те же грабли вполне наступишь. А если да – у вас появился редкий шанс. В конце-концов, история знает примеры пар, которые после расставания снова вместе: обновленные и счастливые.

Владимир_Меньшов_и_Вера_Алентова

Хотя, справедливости ради замечу: их ничтожно мало.

P.S. А я желаю, чтобы в вашей жизни было так:

1326358785

Leave a Comment

Filed under Общий поток

Еще один классический сценарий (Откровения мужчины)

Не знаю, насколько правда, но задуматься стоит

Сценарий предназначен для романтичных дам околодевического возраста. Которых требуется превратить в профессиональных проституток. Причем чем более романтично эти дамы настроены — тем быстрее превращаются в жриц любви. Романтики, они вообще хорошо поддаются внушению.

Начинается все со взаимной любви. Дамы к предмету ее страсти и предмета ее страсти к ней. Предмет это обычно кинематографически красивый и кинематографически обаятельный молодой человек. От одного вида которого у всякой девушки в зобу дыхание спирает. А уж от обхождения…

В этой внезапно вспыхнувшей любви все развивается по сюжетам любимых мексиканских сериалов — взгляды, вздохи, пылкие признания… Не должно быть только одного — материальной выгоды от этих отношений. Не должно быть подарков и финансовой помощи.

По понятным причинам она портит свои отношения с родителями. По еще более понятным — с подругами.

Роман протекает очень бурно, страсти полыхают, любовь не знает границ, и вдруг в одно «прекрасное» мгновение все рушится. Очень неожиданно и очень трагически. Так, что она ничего не может понять. К примеру, влюбленный, почти уже муж он, утречком выползает из постели, ласково целует свою любовь и отбегает за сигаретами в ближайший киоск, а когда возвращается обратно, объявляет, что их отношения закончены. И обязательно добавляет очень много обидных и просто оскорбительных слов, возможно, даже бьет по лицу.

Уязвленная, с разбитым сердцем и лицом, она остается одна и ничего не может понять. Совсем ничего. Ведь буквально несколько секунд назад все было хорошо. Было очень хорошо! Было идеально! Он больше жизни любил ее. Она — его.

Что же произошло?!

Что?!!!

Попавшая в оборот девушка рыдает, рвет на себе волосы и делает попытки найти своего возлюбленного, чтобы выяснить с ним отношения. Но нигде его не находит. А если находит, то вновь получает чувствительный удар по самолюбию в форме оскорблений и обвинений.

Ну и куда, скажите, впавшей в глубочайшую депрессию влюбленной податься? К родителям, с которыми она из-за своего кавалера поссорилась? К подругам, которые от радости будут в ладоши хлопать? Потому что несправедливо, когда такой мужик и не им! Не к кому ей пойти за помощью. Впору намыливать бельевую веревку хозяйственным мылом.

И тут «совершенно случайно» ее находит один из друзей слинявшего кавалера. Который всем, но в первую очередь ей известен как добряк, всеобщий любимец и спаситель всех от всего. Короче, заменитель телефона доверия 911. Именно такой его имидж закреплен в ее голове.

— Что случилось? — с тревогой спрашивает он. И очень удобно подставляет свою жилетку под ее хлюпающий носик.

— Он… Я… Мы… Почему… Как так можно… Со мной?..

Наконец-то она имеет возможность вдосталь выплакаться и высказать свои претензии к покинувшему ее любовнику. Внимательная жилетка в таких случаях — это тот же транквилизатор, к которому очень быстро привыкаешь и от которого становишься зависим.

«Жилетка» развивает бурную деятельность по спасению брошенной возлюбленной и очень скоро вступает с ней в более доверительные отношения. Ну потому, что такую «жилетку» хочется иметь при себе как можно чаще и как можно дольше. Потому, что лучше он, чем намыленная веревка. Тем более что он тоже кинематографический раскрасавец с бездной обаяния.

Итак, через очень короткий промежуток времени она получает в полное свое распоряжение нового любовника. Только в отличие от первого этот задаривает ее дорогими подарками, водит по ресторанам и субсидирует деньгами на карманные расходы. Не без умысла водит и дарит.

Вначале он покупает какие-нибудь «тряпки» сам, аргументируя это тем, что желает видеть свою возлюбленную в самой дорогой одежде. Потом сообщает, что ничего не понимает в женской моде и опять может приобрести что-нибудь не то. И что гораздо лучше взять у него деньги и купить то, что хочется самой. И вот она берет уже «живые» деньги. Потом она просто находит деньги утром на туалетном столике возле кровати с запиской — купи себе все, что надо. Потом находит деньги без записки. И берет…

Через две-три недели цикл перепрофилирования девочки-Мальвины в профессионалку подходит к концу. И завершается новым, сокрушительным ударом.

— А ты знаешь, кто ты такая? — вдруг спрашивает ее новый он. — Ты проститутка.

—Я?!

—Ты.

— Как ты смеешь!.. Я честная девушка…

— Ну во-первых, не девушка. А во-вторых, посмотри, что на тебе надето. И на чьи деньги то, что надето, куплено. И за что куплено.

— За что?!

— За то самое! — показывает любовник на кровать. — Исходя из существующих расценок. По сорок баксов за сеанс.

— Так ты… Ты хочешь сказать…

— Я хочу сказать, что ты проститутка, бравшая за свои услуги деньги. Вот с этого столика бравшая. Ты что-то можешь возразить?

Возразить нечего. Услуги были. Деньги тоже были. И «тряпки» вот они…

Далее недавний любовник прозрачно намекает, что молчать не станет. Что может и подругам, и родителям, и всем, кто пожелает, много чего интересного порассказать. Из того, что сам делал и что до него делали…

И ведь расскажет. Вернее сказать — ославит!

Или не ославит. Если…

Если попавшая в оборот дама догадается, чего от нее хотят. А если не догадается — ей объяснят. Причем в очень смягченной форме.

Ей скажут, что тот, первый возлюбленный, действительно очень любит ее. Что страдает по ней до сих пор. Что ночей не спит и два раза перерезал вены и один раз сонную артерию. Но уж так сложились чрезвычайно сложные обстоятельства… Или такой уж у них гадкий босс, что всех держит мертвой хваткой в руках и заставляет делать не то, что им хочется. Ну или что-нибудь еще в том же роде.

В любом случае главная мысль, которую должна усвоить жертва, что если она откажется от сотрудничества, то о ее истинном лице и теле узнает весь город. А если согласится, то жить ей будет сытно и весело и к ней немедленно вернется хоть тот, хоть другой любовник. На выбор. И за всю эту легкую жизнь и возвращение любви надо всего лишь и очень иногда вступать в интимную связь с незнакомыми мужчинами.

Теперь представьте, как бы в этой ситуации поступили вы? Только максимально честно представьте. С одной стороны, вас ожидает довольно благополучная в материальном отношении жизнь, возвращение любимого человека и прочие блага. С другой — всеобщий позор, разборки с родителями и подругами, одиночество и невозможность выйти замуж, потому что на вас навесили ярлык проститутки. То есть и в том, и в другом случае позор вас ожидает один и тот же. Но в первом случае вы за него получаете деньги, во втором — ничего.

Ну и что вы в этом случае выберете? Большинство, к сожалению, капитулируют. Некоторые — кончают с собой.

Именно так, за несколько недель романтических барышень превращают в профессионалок. Вернее, не только так. Но в том числе и так.

Андрей Ильичев

Leave a Comment

Filed under Общий поток